Я разлил свежесваренные зелья по небольшим колбочкам, плотно закрыл крышки. Всего у меня набралось штук пять разных зелий каждое в двойном экземпляре.

Мы собрались. Я сунул меч в ножны. Вчера чуть было не забыл его смазать на ночь из-за Лины. Но вовремя вспомнил, и сейчас он был готов к бою.

— Готова? — спросил я.

— Вроде да, — она бросила взгляд на окно.

Наша машина неторопливо катилась по разбитым улицам, стараясь не привлекать внимания. Солнце близилось к зениту. Через час мы оказались у особняка Ракитиных.

Я специально подгадал так, чтобы осмотреться. Мы выбрали небольшую подворотню у соседнего переулка и припарковались там, стараясь не мозолить глаза прохожим.

Через какое-то время на территорию усадьбы Ракитиных заехали три машины без опознавательных знаков и спустя минут десять, они выехали обратно.

— Засада, — констатировал я, наблюдая со стороны. — По классике. Приехали, чтобы занять выгодные позиции, осмотреться. Думаю, к моменту моего приезда они будут готовы.

Лина поджала губы:

— То есть ты всё-таки собираешься к ним на порог?

— Ну не так же тупо. У меня есть план, — ухмыльнулся я.

Пришло сообщение от Всеволода, которое я прочитал вслух: «Приехали за твоей головой. Лютый полковник стреляет во всех. Пока что глазами».

— Лютый полковник, — повторила Лина. — Более точное определение для Гончей сложно подобрать.

— Сейчас он рыба, которая заглотила наживку, — я стиснул зубы.

Телефон Лины вдруг зазвонил. Незнакомый номер. Она нахмурилась, включила громкую связь:

— Да?

— Здравствуйте. Вы звонили несколько раз. Наверное, ищите барона Корвина. Это его дворецкий, — прозвучал сдержанный голос на том конце. — С прискорбием сообщаю, что барон Корвин покинул нас навсегда. Он умер. Прощание состоится завтра.

Я откинулся на спинку сиденья, когда Лина закончила телефонный разговор. Её лицо выражало смесь растерянности и тихой ярости — брови сдвинуты, губы сжаты. Заметив мой взгляд, она убрала волосы с лица и сказала:

— Дворецкий подтвердил, что барона Корвина больше нет. Причины не называют. Но похоже, там всё как-то… непросто.

Я кивнул, молча обдумывая её слова. Смерть барона меня уже не удивляла — слишком уж много совпадений с недавними событиями. Хотелось выдать какую-нибудь яркую ругань, но я лишь устало вздохнул:

— Жизнь несправедлива. Но это многое объясняет…

— Но ведь он оставался единственной нашей зацепкой, — пробормотала Лина. — Мы потеряли деньги, которые он обещал, а ещё он мог знать про Мортиса или хотя бы где его искать.

— Насчёт «потеряли деньги» — да уж, неловко вышло, — я усмехнулся. — Но я не слишком и рассчитывал, что он их отдаст. По крайней мере, в ближайшей перспективе. И что-то мне подсказывает, что он умер не сам, а ему в этом помогли.

Лина подняла взгляд от телефона:

— Это не может быть простым совпадением. Так что ты на сто процентов прав.

— Угу, — кивнул я. — Но сейчас мы уже ничего не сделаем. Нужно придерживаться плана.

Логическая цепочка приводит меня лишь к одному человеку, который мог такое сделать, но в это мне не верится. Хотя за свою жизнь я повидал немало. Так что всё может быть. Что ж, так будет проще его поймать.

Я прищурился, собираясь сказать ей об этом, когда вдруг зазвонил мой телефон. На экране высветился номер Гаджи-бея. Вот он вовремя как всегда. Подняв трубку, я услышал в динамике громогласный низкий голос:

— Градов, чёрт возьми! Где ты пропал?! Что за шумиха в городе? Ты вообще собираешься заканчивать с Вислами? Или мне искать другого наёмника?

Я ухмыльнулся, представив его перекошенную от злости физиономию:

— И тебе доброго дня, Гаджи-бей. Всё под контролем…

— Под контролем? Да за тобой весь город охотится! — прорычал он. — Почему я узнаю об этом последним? Кто ты такой вообще?!

Я откровенно фыркнул:

— Я не припомню, чтобы мы договаривались докладывать тебе о каждом сделанном шаге.

— Ты совсем… — похоже, он чуть не выругался, но взял себя в руки. — Ты хоть понимаешь, что если Империя вышла на тебя, то у меня тоже могут быть проблемы? Ты — мой наёмник.

— Давай ты не будешь перегибать, да? — рыкнул в трубку я. — Мои дела тебя касаться не должны. О нашей связи никто не знает. И задумайся ещё вот о чём — стоит ли в таком тоне разговаривать с человеком, которого ищет весь город?