На мгновение она задумалась:

— Мой господин, было бы мудрым шагом заставить их отступить из Хайдеграда в Нортарию. Мы не можем просто отказаться от них, поскольку мы глубоко вовлечены в финансирование восстания. Как только этого рыцаря разоблачат, это усложнит дело. На данный момент нашему королевству необходимо поддерживать их тайно. Когда придет подходящее время, мы сможем использовать их месть, как оружие против Нильса, не пачкая собственных рук

Я откинулся на спинку кресла, погруженный в раздумья. Мои глаза, обведенные темными кругами, метнули взгляд на Шарлотту:

— Ты правильно заметила, Шарлотта. Скажи им, чтобы завязали со своими штучками и готовились к отступлению. Пусть даже упертые, но я верю, что они осознают, насколько всё серьезно. Наши ребята в Нортарии встретят их.

— Как скажете, мой господин, — откликнулась Шарлотта. — Я сделаю всё, чтобы сообщить им и обеспечить безопасный отход. Но Большеросия, Бычерог и Фосфорное умоляют нас о помощи. Как нам с ними поступить?

— Помимо Бычерога, скажи Министерству иностранных дел, чтобы они тянули время и не выдавали окончательные ответы. Войну начнем, когда мы решим.

Шарлотта махнула головой в знак согласия:

— Поняла, мой господин. Передам им ваши указания.

Она извинилась и вышла из кабинета, оставив меня наедине со своими мыслями.

Глубокий вдох, закрытие глаз, попытка прояснить ум. Несколько мгновений спустя я открыл глаза, схватил перо и бумагу.

Письма для мятежного рыцаря пошли первыми. Их желание отомстить — ценный ресурс, но я знал, что они могут быть непредсказуемыми.

Письмо королю Бычерогу в Мезирово было следующим шагом — запрос разрешения на высадку своих войск.

Хайдеград, Большеросия.

Этот второй по величине город в округе Кувшинское, удаленный на сорок километров от столицы, Узкоместо. Он выступает в роли ворот на юг и обнесен высокими каменными стенами, с величественными воротами, создавшими надежную защиту от внешних угроз.

Внешние части оборонительной стены Хайдеграда увиты древними рунами и символами, оставшимися от древней магии, использовавшейся его народом. Руны и символы, выгравированные на каменных стенах, до сих пор остаются загадкой, несмотря на множество попыток ученых их разгадать.

Посланник из Мраморного, войдя в город, ощутил волну городской суеты и шума улиц. Рынки были живым котлом торговли, где сливались различные культуры. Атмосфера пропитана запахами вкусной еды и свежих продуктов, а также звуками торговли.

Город представлял собой лабиринт узких улиц и переулков, вдоль которых стояли многоэтажные здания из камня, дерева и кирпича, создавая уникальный архитектурный микс разных стилей и эпох.

По мере движения по улицам, глаза посланника улавливали детали разноцветных флагов, изысканных узоров и сложных фресок, изображающих сцены из региональных мифов и легенд, украшающих здания. Этого не хватало в Мраморном.

«Понимают ли они вообще, что война на подходе?» — сомневается посланник, оценивая поведение горожан.

Война казалась далекой от них, несмотря на приближение вражеской армии. Появление Тарлии казалось только вопросом времени.

Посланник, увидев прилавок с экзотическими специями и сушеными фруктами, не удержался от любопытства и решил задать важный вопрос. Война — это, безусловно, серьезная тема для разговора.

— Простите, а вы в курсе про войну? — спросил он, привлекая внимание торговца.

Торговец поднял глаза от своих ароматных пряностей и посмотрел на посланника, словно тот был последним дураком.

— Война? Конечно, знаем. Но Тарлия, кажется, нас не тронет. Те, кто беспокоится, должны быть в цитадели, не мы, — ответил тот с некоторой недоумевающей усмешкой.

Откровенность торговца шокировала посланника, но в его глазах читалась правда. Он сделал легкий поклон и решил продолжить свой путь по улицам Хайдеграда.

Оказавшись в городе, который славился своей угрюмостью и опасностью, посланник обнаружил, что реальность отличается от слухов.

Видимо, «Логово мятежников» оказалось всего лишь придуманной страшилкой. Лидеры восстания даже уменьшили налоги, стремясь привлечь народ на свою сторону.

Без лишних разговоров посланник направился в центр, где возвышалась цитадель, дом правителей. Именно туда направлялись его шаги, ведомые ночами без сна и сильным чувством обязанности.

— Ух ты! — не мог сдержать восклицания посланник, стоя перед величественной цитаделью. Она олицетворяла власть и контроль, и сейчас ее захватили повстанцы.