— Выжил? Он что-нибудь видел? Его допросили? Что говорит? Или не получается узнать эту информацию?

— Успокойся, боярин, — негромко произнёс Всеволод Петрович, добавив в голос сочувствия — Дознаватели никакую информацию не утаивают. Просто этот воришка довольно сильно пострадал и в данный момент находится в лечебнице. В себя пока не приходил. Но я оставил там своих людей, так что как только очнётся, то мы сразу всё узнаем. Помимо этого я задействовал все силы рода, что мне доступны в столице. На выездах из города так же мои люди присматривают. Местной страже заплатил за содействие. Если Эльза жива и всё ещё в Москве, то мы её найдем.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Все расходы я возмещу…

— Это не срочно, — отмахнулся Зубов. — Да и пока что значительных расходов не было.

— Вообще что-то удалось узнать по этому делу?

— Пока нет. Сработано на удивление чисто, — покачал он головой. — Даже удивительно, если учитывать, что тут каким-то боком замешана стража. Сами они бы такое не провернули.

— Понял, — кивнул я. — Ещё раз спасибо, Всеволод Петрович. Все мои люди в твоём распоряжении, приказ я сейчас отдам. Если понадобится, то вызову подкрепление из дома.

— Думаю, что тех, которые уже есть, будет достаточно. Если ты, боярин, не собрался объявлять кому-нибудь войну.

— Знать бы ещё кому… — пробормотал я. Настроение было откровенно хреновым. Но вот от той растерянности, что присутствовала вчера, не осталось и следа. Плюс к этому, Жива меня очень качественно взбодрила. Так что хотелось действовать. Вот только и в самом деле было непонятно, куда бежать и с кем воевать. Разве что зацепок стало чуть больше, после слов Сабли о нападении на новоявленную сестру. А тут ещё этот суд впереди. Чёрт! Не ко времени он.

— Узнаем, боярин.

— Кстати, — встрепенулся я, вспомнив про ещё одного человека, — а Сяолун тебе помогает?

— Я думал, ты знаешь, — странно посмотрел на меня Зубов. — Сяолун тоже пропал. Его со вчерашнего утра никто не видел. И никто не знает, куда он пошёл и зачем…

Вот это совсем странно. И тревожно. Пропасть этот китаец мог только по одной причине. Влезть куда-нибудь по неосторожности и попасться. И это очень огорчает. Получается, что Юшенг прислал недостаточно компетентного человека. Да и род Северских в столице остался без разведки. И если бы не помощь Зубова, то я даже не знаю, чтобы делал. Разве что у Тришкиной помощи просить. Но не факт, что это было бы равнозначно.

— Ладно, разберёмся, — не очень уверенно ответил я. — Если вдруг что-то срочное, то я буду в академии. Мне каким-то там судом князей грозят…

— Судом князей? Неожиданно, — удивился Всеволод Петрович. А затем вдруг посоветовал: — Ты на суде боярин, главное правду говори или молчи.

— Почему? — не понял я.

— Я слышал, что на таком суде обязательно присутствие менталиста. Причём такого, который именно ложь определяет. Ну или правду. В этих делах я не силён. Его словно не последнее, но если тебя раз за разом будут ловить на неправде, что плохо придётся. Хотя князья постоянно врут… — он снова задумался, а затем пожал плечами. — Но то князья. Им всегда больше остальных прощается.

— Спасибо за совет. В очередной раз ты меня выручаешь, — поблагодарил я, прижав руку к сердцу.

А сам задумался, почему Трёхозёров мне этого не сказал? Ведь он вроде как вместе с директором академии выступает на моей стороне. Короче, верить похоже никому нельзя.

Попрощавшись с Зубовым, я уж было собрался идти к Тришкиной, но был перехвачен Фролом Витальевичем.

— Боярин, нам уже пора! — веско произнёс он. — Каждая минута промедления может в итоге дорого тебе стоить. И не только тебе.

— У меня ещё есть несколько дел, — недовольно отозвался я.

— Реши их по пути. Или из квартиры своей распоряжения напиши, да передай. Не медли!

Чёрт! С одной стороны он прав. А с другой стороны, с какого перепуга решил мною командовать? Только потому, что я теперь бесправный студент? Но мы сейчас не в академии. И ладно бы ещё была уверенность, что Трёхозёров действительно пытается мне помочь…

Хоть разорвись! Столько всего навалилось, а меня в академию тянут.

Я с силой провёл ладонями по лицу, бросил недобрый взгляд на начальника СБ академии, и кивнул.

— Едем! Только отдам пару распоряжений и велю подготовить экипаж.

— Распоряжения отдавай. А экипаж у меня свой. Без гербов и временный. Чтобы никто не понял ничего.

— Хорошо. Но мне нужно привести себя в порядок, — сказал я, и не дожидаясь ответа пошёл в свою комнату.

Не особо спеша принял душ, а затем Маяне помогла мне подобрать одежду.

Он ничем не показывала своего настроения, но вот взгляд был потухший. И хоть особо никаких чувств к этой девушке у меня не было, но чисто по-человечески стало её жалко. Ведь у неё, получается, за последние месяцы вся привычная жизнь перевернулась с ног на голову. Сестра уехала, Эльза пропала, а я собираюсь запереться в академии.