Спешить мне некуда, но если он и в самом деле такой человек, то вполне можно будет принять его в свои боярские дети.

Трёхозёров больше не появлялся. Не говоря уже про директора. Вообще появилось такое ощущение, что они меня в академию вернули и забыли. Соответственно и про менталиста никто не предупредил.

А я всю голову сломал, как поступить. Можно, конечно, просто закрыться «Щитом разума». И никто не поймёт, правду я говорю, или нет. Но это будет настолько подозрительно, что проще сразу самому во всём признаться.

Больше молчать, как посоветовал Зубов, тоже не вариант. Молчишь — значит есть что скрывать.

И лишь вечером, практически ночью, пришло решение.

Я вспомнил про одну ментальную технику, что нам показывали в Школе. Ей уделили всего одно занятие. Просто рассказали, что такая есть и как её скастовать. Всё дело в том, что достаточно сильный маг, сразу же её заметит. И если бы допрос происходил в моём мире, то толку от такого заклинания не было никакого.

Но ведь в этом мире магов нет! Тут Стихийники! Которые, насколько я понял, именно заклинания не видят! Вроде как. Но рискнуть всё равно стоит.

Называлась эта техника довольно пафосно — «Уверенная правда». Кастовалась на себя. И пока она работает, то любой менталист или специальный артефакт подтвердят, что я говорю правду и ничего кроме правды. Но! При этом нужно и в самом деле нужно отвечать правдиво.

В чём же тогда плюс этой техники? А в том, что можно отвечать на вопросы уклончиво. Не полностью. Главное, чтобы смысл ответа сохранялся. А собеседники будут уверенны, что ты ответил всё как нужно. В том числе, я надеюсь, и менталист.

В общем, такая вот странная и по большей части бесполезная техника.

Небольшая проблема могла возникнуть из-за того, что менталисты в этом мире немного другие. Убедился уже в этом на своей шкуре. Но лучше уж попробовать, чем невразумительно мычать на суде.

А вот проблема побольше заключалась в том, что я не особо помнил, как эту технику кастовать. Но помогла медитация с глубоким погружением в собственную память. Так что технику в итоге вспомнил. И почти до самого утра пришлось её отрабатывать.

А затем настал день суда.

Проснулся я сам и довольно рано. Даже раньше соседа, которому ещё идти учиться. Умылся, привёл себя в порядок, оделся подобающе сегодняшнему событию, и уже собрался было пойти узнать насчёт завтрака, как в дверь постучали.

— Северский! Тебя ожидают на воротах. Не медли, — сообщил мне местный стражник и ушёл, не дожидаясь ответа.

— Уже едешь? — спросил проснувшийся Каменев.

— Похоже, что да, — пожал я плечами, прикидывая, ничего ли не забыл.

Меч и кинжал на поясе, а револьвер я решил не брать. Скорее всего, оружие придётся сдавать и не хотелось бы, чтобы он попал не в те руки.

— Держись там! — пожелал мне сосед.

— Так и сделаю! — уверенно ответил я и, судя по выражению лица здоровяка, он мне поверил. Значит, техника работает.

За воротами ждал большой экипаж, в окошке которого я увидел Трёхозёрова. Он жестом пригласил меня внутрь, чем я и воспользовался.

В экипаже Фрол Витальевич был не один. Рядом сидел серьёзный такой мужчина в возрасте. Дедком, как Трёхозёрова, его язык не поворачивался назвать. Но седина говорила о том, что он явно не молод.

— Доброе утро! — жизнерадостно поздоровался я, усаживаясь напротив.

— Знакомься, Маркус. Перед тобой директор нашей академии, Елецкий Горислав Михайлович, — представил своего спутника Фрол Витальевич.

— Рад знакомству, сударь, — кивнул я.

— Вижу что ты, студент, духом не падаешь? — с нотками недовольства в голосе, поинтересовался директор. Хотя мне показалось, что недовольство было слегка наигранным. Вряд ли конечно он рад мотаться с первокурсником по судам. Но и реального неудобства точно не испытывает.

Хм. А откуда я всё это знаю? Прям таки какая-то уверенность появилась, что эти мои мысли верные. Неужели какой-то побочный эффект заклинания? Очень интересно!

— Невиновному человеку незачем переживать о каком-то там суде! — с уверенным видом пожал я плечами. А так как сказал я абсолютную правду, то моя уверенность передалась собеседникам, заставив их удивлённо переглянуться.

— Ну надо же… — пробормотал Елецкий. — А ты знаешь, что на суде будет присутствовать менталист?

— Слышал об этом, — кивнул я, отметив, что про менталиста мне всё-таки сообщили. — Но опять же, если суд будет честным, то и бояться честному человеку не стоит.