Царь то ли весело, то ли, наоборот, раздраженно посмотрел на меня, хлопнул ладонью по подлокотнику кресла и тихо сказал:

– Хватит, Андрей Борисович! Все это, конечно, хорошо и ваши прегрешения до контузии оставим в прошлом и будем считать, что вину вы свою искупили. Меня же сейчас интересует вопрос вашего Дара.

Вы в курсе, что мы пошли, на скажем так большие отступления, в отношении вас?

Я пожал плечами и сказал, что не очень понимаю, о чем идет речь. Тогда Его Величество, соизволил пояснить, что, вообще-то, он в курсе моих анализов крови.

Дальше государь-император поведал мне, что человеку благородного происхождения с нечистой кровью нет места ни то, что в гвардии, но вообще на царской службе.

Моя же кровь вообще из ряда вон. В ней примеси сразу двух враждебных человеку родов. Таких уникумов сразу вешают, и это считается еще по-божески.

– А теперь, милостивый государь, задайтесь вопросом, почему при таком вашем наследии и в условиях, когда мы не первое десятилетие ведем войну с врагами рода человеческого, я дарую вам честь носить чин поручика гвардии.

Я вскочил, вытянулся во фрунт и рявкнул:

– Ваше Величество, вы сказали, что за проявленное мужество в обороне Риги и особенно при радении за дела государственные.

Царь недовольно поморщился и сказал, что да, безусловно, и за это тоже, но главное не за это.

Дальше, Иван Алексеевич пояснил, что его гораздо больше моих подвигов интересует мой Дар.

– Вам, ясно поручик, - спросил царь.

– Не очень, Ваше Величество – честно ответил я.

Как оказалось, князь-кесарь рассказал императору, что у меня уникальный Дар предвидения. И он у меня благодаря тому, что во мне течет и кровь гномов тоже. Но согласно преданию, даже среди гномов такой Дар предсказания и предвидения встречается не чаще нескольких раз в поколение.

Что же касается такого Дара среди людей, то последний случай был зафиксирован еще до Смутного времени. И каждый такой случай фиксировался в специальной летописи.

И самое интересное, что именно такие люди носили прозвище «Вещий».

Эта летопись была не просто хронологическим списком имен носителей такого Дара и перечнем их деяний, но и содержало генеалогическое древо.

– И что можно установить всех моих предков носителей этого Дара? – спросил я.

– До Смутного времени можно было, но сейчас нет. Потому что эта летопись пропала вместе со всей библиотекой Ивана Грозного, где она хранилась, - ответил царь.

Не знаю, что там наговорил царю Иван Федорович Ромодановский, но, похоже, я таки встрял. Как оказалось, что иногда знания, в том числе и истории, действительно быть многие печали.

Вытянув меня из одной переделки, знание истории втравило меня в другую. При многих гранях моего Дара, - Дара предсказания и предвидения у меня не проявилось. Будем надеяться, что пока. Но выкручиваться надо было сейчас, и для начала я решил потянуть время.

– Ваше Величество, разрешите задать вопрос?

– Спрашивай! – милостиво махнул рукой император.

– Скажите, а почему вы мне все это рассказываете, ведь это скорей всего величайшая тайна. Под замок посадите?

– Андрей Борисович, но разве можно так? – укоризненно покачал головой царь-император. – Да, действительно это большой государственный секрет. Но зачем же сажать тебя под замок. Насколько нам известно, такой Дар в неволе погибает. Да и ты вроде не давал повода после того, как Дар у тебя прорезался.

Наоборот, вы проявили себя, как человек, заслуживающий доверия, причем неоднократно. Именно поэтому мы вам все это и рассказали.

– Спасибо, Ваше Величество за доверие и поэтому позвольте вам сказать…

– Да, мы позволяем вам сказать… - с этими словами Его Величество Самодержец всероссийский Иван Пятый встал и подошел ко мне вплотную:

– Скажи, Андрей Борисович, - сколько мне осталось на этом свете?

Ну вот и как отвечать на этот вопрос? Не скажешь же царю-гогосударю, что его уже больше двадцати лет не должно быть на этом свете. Не поймет.

Здесь надо осторожно, а то от милости до опалы один шаг.

– Ваше Величество, прежде чем я отвечу на ваш вопрос, должен предупредить, что Дар во мне развит, пока очень слабо и вряд ли я смогу сказать вам что-то со всеми подробностями. По-видимому, надо, чтобы Дар развился, чтобы я привык к нему. Научился им пользоваться.

Видя, как Иван Пятый начал смурнеть лицом, я быстренько пояснил свои слова:

– Все это, Ваше Величество, я говорю не потому, что испугался или не уверен в своих словах. Все, что знаю я, безусловно, скажу. Но, чтобы даже сейчас использовать свой Дар с максимальной силой мне бы хотелось понять, откуда вообще берутся те, кого называют вещими. Почему они могут предвидеть.