— Дядя Костя! — Анечка подбежала ко мне с цветочками в руках. — Ой, благородие, здрасьте! — и протянула мне свой букетик.

За девочкой поспешила мать, а затем и двое деревенских мужиков, что приехали из Колодцев.

Я припомнил — эти мужики работали на стекольном заводе и явно были куда более опытными и знающими, чем хотели показаться. Во всяком случае, я был уверен, что они до этого точно встречались с монстрами и знали для чего нужны трофеи. А может бывали в червоточинах, пускай и были пока зелёного уровня развития.

— Обживаетесь? — спросил я.

— Да, ваше благородие, здесь совсем другая жизнь, и тварей никаких…

Немного посудачил с ними — они рассказали про особенности проживания рядом с семьёй Лисиных, про их драконовские меры. Показали как приводят в порядок барак выделенный им.

Диме от рассказов деревенских и вовсе стало не по себе. Всё же его батюшка людей на такую жизнь обрёк.

Завидев меня из окна, на улицу высыпали городские подростки. Они присоединились к нашему разговору в качестве слушателей.

Детишки явно чувствовали себя совсем неуютно, ну ничего привыкнут. Дети внимательно слушали рассказы о жизни в деревнях и сёлах, впитывая каждое слово.

Но потом пришёл Зиновий и погнал их тренироваться.

— В здоровом теле — здоровый дух! — провозгласил он бодро.

Что самое интересное, несмотря на жалостливые гримаски на лицах, в глазах детишек сверкали радостные искорки. Всё-таки им нравилось происходящее, а главное — они теперь знали, что впереди их ждёт нормальная, спокойная жизнь.

Я собирался положить на это все силы. Никаким Викентьевым, Дибровым, Лисиным этого не сломать! И не позволю я им вмешиваться в наши дела и портить нашу размеренную жизнь.

А потом, когда страсти поулягутся, буду разбираться, какими дарами они обладают и куда их применять…

— Да-а-аа, — потянул я задумчиво, — надо будет наведаться в эту деревню Колодцы снова. Нельзя позволять так с людьми обращаться, — произнёс я с явным недовольством, когда мы отошли.

Дима неуютно поёжился.

— Вообще-то они имеют на это право. Батюшка допустил серьёзную ошибку, я изучал документы, но людей всё-таки надо постараться спасти. Пускай они своих рабочих работой загружают, — произнёс он, подбирая слова осторожно, — но для этого людям нужно предоставить нормальные условия для переселения.

— А что здесь нормальные условия, — заявил один из мужиков, который присутствовал при нашем разговоре. — Мы здесь порядок быстро наведём, а там ребят сагитируем — как минимум десять семей сюда переедут. И заживём по-новой!

— Мне нужны конкретные люди, — произнёс я спокойно.

И в его глазах появилось понимание — то самое понимание, которого я добивался.

— Мы склоняемся скорее к тому, что нужно деревню освободить и дать людям жить нормально на своих землях. А вот вас и ещё ряд людей с особыми способностями я бы хотел держать поближе к себе и научить всему необходимому. Потому что сам знаю толк в таких делах. Чтобы вы служили нашему роду верой и правдой.

— Понял вас, ваше благородие, — произнёс Клин с готовностью. — Я понял, о чём вы говорите.

— Вот и прекрасно! Но в любом случае мы планируем разместить здесь много людей, так что порядок навести не помешало бы.

Алиса недовольно фыркнула:

— Вы всё планируете? Вот батюшка вернётся, всех вас разгонит!

— Не разгонит, — заявил Дима с неожиданной твёрдостью в голосе. — Времена меняются, и он это прекрасно понимает.

Наконец раздался звонок, которого я так давно ждал. Это был Дмитрий, глава гвардии Злобина.

— Ну что, принимай гостей! — заявил он бодро. — Выйдешь навстречу, нам ведь надо подъехать так, чтобы не заметили твои противники. Местность изучили, знаем, где лучше подойти незаметно.

Немного подумав, попросил у Зиновия его автобус, чтобы встретить гвардейцев и довезти их на нашу территорию. Зиновий тут же откликнулся и вызвался сам быть шофёром — видимо, ему тоже было любопытно посмотреть на прибывающее подкрепление.

— Поеду с вами, — сказал паладин решительно. — Мало ли что, лишние руки не помешают.

С Дмитрием мы встретились в условленном месте, где я когда-то вместе со Злобиным закрывал одну червоточину. Нас там уже ждали порядка сорока человек гвардейцев, причём не из последних — это было видно сразу по их выправке, по тому, как они держались. Среди них были и одарённые, но больше всего меня удивил сам Дмитрий.