— Костя, ну ты даёшь! — воскликнул он, едва меня увидев. — Ты когда успел так вырасти?

— Что значит вырасти? — не понял я.

— Ну как что! Ты уже синего уровня достиг! Аура-то какая мощная стала! — он постучал себя по очкам надетым на нос, и я вспомнил что они артефактными.

Я, признаться, сам удивился такой новости. Что значит синего уровня? Поглядел на себя истинным взглядом — давно этого не делал — и увидел что я действительно обладаю переливчатой синей аурой.

Пускай ещё не слишком яркая, но вполне отчётливая и стабильная.

— Быть не может! — вырвалось у меня. — Когда это я успел?

Хотя, учитывая, сколько всего я сделал за последние дни, сколько энергии потратил, сколько сражений провёл и червоточин закрыл, это не так уж и удивительно. Видимо, рост шёл постепенно, а я просто не обращал на это внимания.

— А ты что, сам не чувствовал? — удивился Дмитрий. — Обычно такой скачок довольно ощутим.

— Честно говоря, последние дни были такими насыщенными, что я мог и не заметить, — признался я. — Слишком много всего происходило одновременно.

Зиновий, стоявший рядом, внимательно слушал наш разговор, и я видел в его глазах уважение. Синий уровень — это уже серьёзно.

— Ну что ж, — сказал Дмитрий, оглядывая своих людей, — тогда дело за малым. Покажи нам, где мы будем обустраиваться, и можно приступать к работе.

Да уж, Дмитрий меня серьёзно огорошил. Я так погрузился в себя, изучая свою ауру, что даже не заметил, как ко мне подошёл один из гвардейцев.

— Ну здравствуй, Костик, — произнёс парень знакомым до боли голосом. — Смотрю, ты в люди выбился, старых друзей уже и не вспомнишь, наверное.

Я потряс головой и посмотрел на Михаила, того самого неротёсанного парня, ч которым мы вместе появились у Злобина. Тот, ухмыляясь своей обычной хамоватой улыбкой, глядел на меня с явным удовольствием.

— Здорово, Миша! Ты, смотрю, тоже по карьерной лестнице растёшь.

— Да как сказать… Пока что командир звена гвардии Злобина, — хмыкнул он с гордостью. — Буду защищать твою задницу! Ты теперь у нас птица высокого полёта! — хохотнул он, похлопывая меня по плечу.

— Ой, да ладно тебе, — произнёс я, чувствуя, как на душе становится теплее. — Иди сюда!

Я схватил его, потряс руку, а затем и обнял от души. Что-то в этой встрече было ностальгическое. События, объединявшие нас когда-то, стали для меня довольно серьёзными испытаниями, и я почувствовал такую острую ностальгию по прежним временам, когда очнулся в той проклятой камере.

— Наших-то хоть видишь? — спросил я с любопытством. — Семёна?

— А чё, Семка? Семку в какую-то специальную бригаду определили. Он теперь криминалом занимается серьёзно. Оказывается, у него в этом деле настоящий талант скрытый. Меня тоже туда хотели перевести, но характер у меня неподходящий для такой работы, — хмыкнул он с сожалением.

— А я недавно Вениамина видел, — произнёс я, вспоминая встречу.

— Веника-то? — издевательски хмыкнул Михаил. — Этот далеко пойдёт, без мыла в задницу пролезет любому начальству. Карьерист ещё тот, — бросил он с презрением.

— Ладно, дела надо делать, — отмахнулся я, не желая углубляться в обсуждение характеров старых знакомых.

Тем временем Дмитрий, выждав время и дав мне насладиться пониманием собственного роста, произнёс задумчиво:

— Удивительный ты человек, Костя. Вырос на целый порядок за такое короткое время, а сам и не заметил этого. Хотя это вполне в твоём стиле, если честно.

Ну а дальше события понеслись вскачь — время было ограничено, и мне требовалось слишком много дел решить, слишком многое учесть и при этом обязательно уложиться в трёхдневный срок.

Гвардейцев Злобина перевезли в большом автобусе и высадили уже на территории, прямо перед бараками. Ребятки присвистнули от удивления.

— А неплохой здесь сарайчик для размещения гвардии! — произнёс Михаил, внимательно оглядывая территорию и прикидывая возможности.

— Неужто у Злобина хуже условия? — спросил я.

— Это был сарказм, — твёрдо пропечатал Михаил и немедленно принялся отдавать чёткие указания, чтобы бойцы начали методично наводить здесь порядок.

Как быстро Михаил освоился в новой обстановке!

Дмитрий ещё говорит, что я уникум. Да вроде бы нет — все вон ловкачи оказались. Семён, со слов Михаила, куда-то серьёзно продвинулся и Вениамин тоже получил титул. Что ни говори, а молодцы мы, бывшие товарищи по несчастью.

Дима, которого привлёк весь этот шум и суета, лишь глазами хлопал, видя выходящих из автобуса вооружённых бойцов.