Вспомнил про совет Августы и вынул сотенную купюру с ним же. Оглянулся. Заметил между киосков советский аппарат «газированная вода» с гранёным стаканом.

Будто в древнем советском кино…

Подошёл ближе. Отличия, конечно, были — устройство было ухоженным и казалось новым. И самое интересное:

Заказав себе крем-соды и разменяв сотню в кармане, я с некоторым опасением посмотрел на стакан — как и всякий переживший эпидемию человек. Но справедливо решил забить, всё равно кризис раньше. И когда вернул стакан на место — стал свидетелем процедуры обеззараживания, которой абсолютно точно в СССР не было:

Раскалённый пар, затем фиолетовые лазерные лучи и прочее — таких технологий и во время апокалипсиса не было, не то что в две тысячи седьмом.

Знакомый из далёкого детства вкус на время остановил поток мыслей. Но затем я вернулся к насущному и посмотрел на сдачу, выданную устройством.

Серьёзно?

Новенькая купюра, сильно напоминавшая советские рубли, сверкала незнакомым покрытием, а на портретах изображались товарищ Сталин и товарищ Троцкий. Оба — вожди страны советов, судя по подписи, так что жили они в мире и дружбе, и правили вместе… Как такое вообще возможно? Треш какой-то.

— Чёртово эхо, — буркнул я и поспешил в Смайл.

Когда я оказался на месте, то был уже не первым. Михаил сидел у окна и задумчиво курил. И моего появления он сперва даже не заметил.

— Здесь не курят, — бросил я вместо приветствия.

— А? А-а, это ты… Да, я отвёл глаза работникам.

— Да дело как бы не в этом, — я поднял голову к потолку, где уже собрался густой дым.

Но с другой стороны, кроме шефа и официантки, протиравшей тряпкой стекло на витрине с закусками, в кафе никого не было.

— Что случилось с Миртом? — перешёл я к главному.

— Сегодня он не вышел на связь, — тихо сказал Михаил.

— Значит, ты его достал темнить, и он решил уйти.

— Нет. Мы проверяли. Я, Марта и один мой хороший друг. А Феликс становился на его след.

— Ну так и больше спокойствия тебе будет, — припомнил я ему его слова.

— Полярис… Ты живёшь уже вторую жизнь. Неужели тебя никогда не доставали ежедневным пилением по поводу ерунды? У нас тут конец света на кону, а он хернёй страдает. Тут выжить бы и Город сохранить… Но он был хорошим, мотивированным исполнителем.

Я удивился. Даже немного смутился, когда понял, что его эмоции искренни.

— Ты уверен, что гадание на картах — это хороший способ узнать жив ли человек?

— Ну, шанс что он использовал уловку и скрылся есть, — нехотя признал Михаил. — Но это бессмысленно. Я вас силой здесь не держу, он мог просто написать, что уходит, в любой момент.

— И ты бы его отпустил?

— Как и любого из вас, — подтвердил он. — Я же у вас адреса не требовал при найме. Даже Лилия когда уходила… так, садись.

— А если он удерживается в плену? Или накачан чем-то? Или банально — потерял телефон?

Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом.

Затем медленно проговорил:

— Ла-адно… если подумать, ты всё равно его преемник, так что смотри…

— Погоди, а с чего вдруг я теперь вместо него? Я ни на что не подписывался ещё.

— Ну а кто, Полярис? Марта? Она сломлена и просто не потянет. Саша? Она топор, а не лидер. Лёха? Ставленник третьих. Эла? Вот ты сам стал бы её слушаться как лидера рейдовой группы?

Я представил как она с пылающими глазами кричит драться до последней крови с проклятыми живодёрами. Будь её мотивация тысячу раз правильной, это не про лидерство.

— А что за «ставленник третьих»?

— Третьей сходки.

— Правда? А они наши враги?

— Друзья. Но и от друзей бывают секреты. А на его душе метка Вечной Леи.

— Ясно. Тогда решение очевидно. Лидером должна стать Рита. Ну или Феликс, будет забавно.

На лице шефа появилась привычная улыбка.

— Рад, что чувство юмора ещё с тобой. А вот насчёт Феликса — рабочий вариант, если Марта тоже откажется.

Я представил беловолосого любителя мороженого во главе организации. Вспомнилось аниме про одного гениального детектива. Ему как раз по сюжету было около пятнадцати.

— Он не боевик и не сильно мотивирован, но исполнителен, так что как временный вариант не так плох. Жаль и этот тоже… сломан.

— Как Марта? Что же так ломает наш отдел?

Михаил поджал губы, затем затянулся и выпустил струйку дыма.

— То же, что и многих в нулевом мире, Полярис. Выгорание, вызванное условиями жизни.