— В подводной, сверхсильной и развитой империи?! Старпом, ты же взрослая женщина! — Воскликнула капитан. — Как можно верить в эти детские сказки? Какая к черту сверхразвитая империя, когда они даже от банального наводнения спастись не смогли! — Кричала на подчинённую капитан.

Старпом с обидой умолкла. Посидев, покривив лицом, всячески стараясь избежать совсем уж опасных грубостей, пришедших ей на ум, гневно произнесла:

— Вот тогда сама сходи и проверь, кто он такой!

По другую сторону баррикад.

— Что значит, ты не уверен?! — Возглас Добрыни отозвался вздыбившейся шерстью Кетти, Гончьих и даже Медоедов. От его недовольства вструхнули все, включая меня. — Лёха, ну что сложного в том, чтобы просто взять и соблазнить бабу?! Всё же предельно просто: поухаживай, отвесь пару комплиментов, пригласи на второе свидание, и похрен нам технологии, на хер не всрались нам сейчас эти мастера. — Добрыня, мотая головой, опустил взгляд в землю и взялся здоровенной рукой за наполовину облысевшую голову.

— Я же тебя просил просто поговорить о порохе, ружьях, если получится, поторговаться, но о пушках. На хер ты вообще это пластмассовое дерьмо высунул? Вдруг они знают, что это такое, вдруг именно поэтому она стала к тебе холодна?!

Тут старик явно ошибался. Я хоть и не спец по человеческим эмоциям, но определить, где человек удивлён, а где играет и перебарщивает, вполне мог. Иначе вряд ли бы та женщина предупредила меня об опасности нашего с ней дальнейшего разговора. Она была именно заинтересована, а не расстроена. И плевать, что холодна ко мне барышня — зато стержень в ней есть, такой, что прям ух!

— Бать, не горячись, я считаю, всё прошло как надо. — Когда старик выговорился, уверенно ответил я. — Торговле быть, думаю, даже этот загадочный, неуловимый капитан, наконец-то сойдёт на сушу. Следующая встреча будет именно с ней, так что нужно готовиться.

Добрыня задумчиво кивнул, затем, упав на пенёк, подперев кулаком бороду, выругался и снизу вверх поглядел на меня, как… как на кого-то крайне подозрительного:

— Лёха, ты в этом уверен? Уверен, что в следующий раз они придут с миром, не престрелят кого-то из наших? Уверен, что тебя самого не попытаются взять за жабры, а после спиной протянуть под пузом своего судна, желая наказать за бред сивой кобылы, который ты тогда нес? Ты в этом всё уверен?

— Уверен, — ответил я. — Если не придут, сам пойду с ними говорить.

Старик хмыкнул.

— Кто ж тебя такого туда пустит? Зараза, пока останешься здесь, и точка. Ты меня разочаровал, Лёша, сильно. И это, что с Катей? Говорили, её с утра под руки уносили. — От вопроса старика уши и хвосты всех зверодевушек тут же навострились, стали торчком. Говорить о сексе приходилось осторожно, чтобы не слишком сильно шокировать местную публику. Ещё и это «ты меня разочаровал…». Бля, ну всё же хорошо прошло!

— Рабнир не нашли, Олай запретила подходить мне близко к другим воительницам, вот Катюша одна и приняла удар на себя, — ответил я.

— И что? — спросил дед.

— Сила Агтулх Кацепт Каутль слишком велика лишь для одной. Агохлу и Оноха поднялись слишком высоко, ещё и переговоры эти, нервы помотали знатно. С ней всё хорошо, думаю, даже лучше, чем с другими. В общем, пока луна не села, я…

— Достаточно. Главное, чтобы могла работать. В яслях дети с ума посходили, не найдя своей няньки. Старейшины тоже, внезапно, своими тупыми головами поняли, насколько она важна. Старые дуры накинули говна на вентилятор… — Гневная речь старика, нацеленная на Агтулх, в общих массах воительниц нашла порицание и недовольство. Многие кошки, инстинктивно чувствуя, что ко мне испытывают неприязнь, наползающей стеной, медленно сползались между мной и стариком. По лицу моему недовольному было видно, как тяжело даётся разговор с командиром. И, во всём этом деле, по какой-то причине, большая часть молодняка предпочла прикрыть меня от гнева своими телами, нежели просто всё оставить как есть.

— Чё, хвосты задрали, страх потеряли?! — рявкнул на кошек дед, но те даже не подумали отступить. — Я в первую очередь о нас всех волнуюсь! — Ответа не последовало. Понимая, что сейчас может начаться черти-что, сам выхожу из-за спин кошек, раздвигаю их руками и встаю напротив старика.

— Бать, всё ведь хорошо, пока, — успокаиваю его я. — Ничего не случилось. Давай немного подождём, хотя бы день. Потом уже будем кричать и что-то выдумывать.

Старик игнорировал мои слова. Глядел исключительно на кошек. Холодок пробежал между нами. Он злился, причём сильно. Вновь помолчав, подумав, он пошёл на попятную и, пытаясь сбавить накал, спросил:

— Тебе чего нужно, пока ждать ответа будем? Алкоголь, особая еда, травы? Может кого из наших пригласить, чтобы скуку развеять?

Предложения старика шли не от чистого сердца, а от скупой попытки сыграть на публику. Уж не знаю, что произошло между ним и молодыми кошками, но почему-то часть из них с большой опаской косилась на него, а не на меня. Что это, скрытая угроза, женская ревность, попытка выпендриться или нечто большее? Как бы то ни было, сейчас это лишь вредило всем нам, поэтому и я не стал пренебрегать попыткой деда всех успокоить.