— Значит, они с Телесфором действительно продумали всё до мельчайших деталей, — произнесла Гигея. — Мой брат научился блокировать органы чувств других богов, а его избранник ухитрился укрываться прямо у всех под носом.

Да. Но всё же он не смог меня провести. Теперь всё сходится. Всё это время я думал, что Углов работает на Мансуровых. Но на самом деле всё в точности до наоборот. Это они работали на него.

Сейчас Виктория и Аркадий Мансуровы в плену у сектантов. Избранник Телесфора упоминал, что хочет их освободить. Думаю, именно поэтому Андрей Углов и хотел остаться с пойманным сектантом наедине. Планировал допросить его, но при мне он этого сделать не мог.

И отца своего этот ублюдок чуть не угробил только для того, чтобы спасти шкуры Мансуровых на суде и нейтрализовать меня. Но он не собирался меня убивать. Если бы хотел, уже давно бы нашёл способ это сделать. Видимо, он всё это время рассматривал меня как союзника.

Или же хотел использовать меня в других целях.

Но теперь ему это не удастся. Я притворюсь, что ничего не понял, но буду выжидать удобный момент, чтобы разом раскрыть все его преступления.

— Но один вопрос всё ещё остаётся без ответа, — вновь заговорила Гигея. — Как он следует клятве, если у него нет лекарской магии?

Действительно, хороший вопрос. Ведь он должен помогать тем, кто нуждается в лекарской помощи, развивать медицину и лекарское дело, а также бороться с некротикой. Как иначе его бог получает могущество?

А ответы предельно просты. Углов продумал всё.

— Он работает юристом, — сказал я. — Ему вообще не приходится иметь дело с пациентами. Думаю, он всеми способами избегает больных людей. А если и встретит, никто не подумает просить юриста оказать лекарскую помощь. Касаемо борьбы с некротикой — мы оба видели. Он справляется с ней и без помощи магической силы. А если учесть, что у него где-то имеется целый завод по производству огнестрельного оружия, уверен, он может в случае острой необходимости воспользоваться им, чтобы одолеть врага. Плюс, ему долгое время помогали Мансуровы. Разницы нет, кто вылечил пациента или стёр некротику. Я уже проходил через это. Много раз случалось такое, что клятва требовала вылечить кого-то, но помощь оказывал Синицын или Сеченов. Это не считается нарушением клятвы.

— А что насчёт третьего условия? — с интересом спросила Гигея. Похоже, богиню не на шутку увлекли мои рассуждения.

— Семья Угловых инвестирует огромное количество денег в развитие ордена лекарей и госпиталей Саратовской губернии, — вспомнил я. — Ничто не мешает Андрею вливать полученные с продажи оружия деньги в госпитали и амбулатории.

Вот всё и сошлось. Углов хорошо всё продумал, но прогорел на одном-единственном повороте головы. Хорошо, что я обратил на это внимание. Теперь остаётся только наблюдать за юристом и искать способ свергнуть его оружейную империю.

Разговаривая с Гигеей, я и не заметил, как быстро пролетели несколько часов. Я планировал заглянуть в академию, чтобы обсудить с Кастрицыным вопрос о сектантах, но это дело само собой отпало.

Поэтому я сразу направился в губернский госпиталь. У меня появилась идея, как заработать больше денег и при этом продолжить развивать свои магические навыки.

— Возьмёте меня на неполный рабочий день, Александр Иванович? — спросил я главного лекаря — Разумовского.

Коллега аж расплылся в улыбке.

— Господин Мечников, я ждал этого дня полгода, — заявил он. — Вы ещё спрашиваете! Конечно, я ведь уже давно предлагал вам ко мне устроиться.

— Я бы хотел начать уже сегодня, — произнёс я. — Могу остаться на ночное дежурство. Правда, есть два нюанса.

Разумовского ни капли не смутил тот факт, что я пришёл устраиваться и сразу же начал диктовать свои условия. Я выручал его уже много раз, так что он был готов согласиться практически на всё что угодно.

— Кроме этой работы у меня ещё очень много других занятий. Поэтому мне нужен гибкий график. Я готов отрабатывать фиксированное количество часов, но прошу оставить за мной право распределять их, как мне будет удобно, — попросил я.

— Не вопрос, Алексей Александрович, — кивнул он. — Уж лучше так, чем и дальше работать без вас. Была бы возможность — я бы вас тут круглосуточно усадил. Но условие ваше принимаю.

— И ещё кое-что. Вынужден признаться, несколько дней я не смогу пользоваться лекарской магией, — прямо сказал я. Разумовскому эту информацию можно было доверить. — Перегрузил магические каналы, когда ездил в Хопёрск. Но это не помешает мне лечить пациентов своими лекарственными препаратами.

Александр Иванович возражать не стал. Поэтому я сразу же заполнил все необходимые бумаги, чтобы стать официальным сотрудником его госпиталя. Мне осталось поставить всего одну подпись, но в этот момент нас прервал ворвавшийся в кабинет Разумовского сторож.

— Александр Иванович! Там… там… — заикаясь, пропищал старичок.

— Что? Что там? — вскочил из-за стола Разумовский.

— Там призрак, — заявил охранник и рухнул в обморок.

Мы с Разумовским выскочили из-за стола и подбежали к потерявшему сознание сторожу. Я сразу же прощупал пульс на сонной артерии, а главный лекарь — на лучевой.

— Пульс ритмичный, примерно сотня в секунду, — сказал я. — Всё с ним нормально, просто перенервничал. Сейчас ещё давление измерю, одну минуту.