А неугомонный гран Инриан безустанно наседал. Сначала просто слал письма, а потом и вовсе отправил своего болтливого племянника Кайлина, чтоб тот меня донимал. Я, конечно же, увиливал как мог. Но запас отмазок с каждым разом неуклонно истощался. А последнюю седмицу родич грана Иземдор и вовсе ко мне чуть ли не ежедневно захаживал. Вчера пришлось вообще прикинуться больным, лишь бы только с ним не встречаться. И я понимал, что главу семейства сие обстоятельство знатно разозлит. Интересно, какой он шаг предпримет следующим?

— Мой экселенс, к вам посетитель. Где изволите принимать? — осторожно просунул голову в мой кабинет прислужник.

— Проводи прямо сюда, — распорядился я, откладывая листы с начертанными нотными линейками и закорючками, выведенными моей рукой.

Я так долго работал над модернизацией «Божественного перста» и других кьеррских чар, что от горизонтальных полос нотного стана у меня плыло перед глазами. Ну вот и эндшпиль всей партии, как говорят шахматисты. Либо всё сложится, либо все старания были напрасны. И зря я рисковал жизнью, приказав Лиасу измочалить меня ослабленной «Матрёшкой».

— Ризант, доброго дня. Рада видеть вас в крепком здравии, — прервало мои напряженные размышления появление Иерии нор Гремон.

Сегодня она пожаловала не в привычном латном облачении, а в изящном повседневном платье. Достаточно скромного фасона, я бы даже сказал «целомудренного». Но при этом оно необычайно хорошо подчеркивало чарующую женственность пепельноволосой гостьи.

— Здравствуйте, милария, спасибо вам. И за теплые слова, и за то, что откликнулись так быстро на мою просьбу, — галантно раскланялся я, вставая с кресла.

— Не могла поступить иначе, экселенс, — сверкнули решительностью янтарные глаза квартеронки.

Я не поленился, вышел из-за стола, трепетно взял девушку под руку провел через всё помещение. Отодвинул для нее стул, помог расположиться, и только после этого вернулся на место.

Иерия с интересом рассматривала изменившуюся обстановку моего кабинета. Ныне тут стало значительно теснее. Вдоль стен всё так же стояли мои необычные для здешнего мира музыкальные инструменты. Дальний угол целиком занимал громоздкий каркас так и не доведённого до ума клавишного металлофона. Или, как его называли в моем мире — челесты. Кроме этого, появился еще алхимический стол, за которым я проводил опыты с алавийской кровью, сцеживаемой с пленников. Не хочу вспоминать о той прорве золота, которую пришлось спустить на множество недешевых стеклянных сосудов, капельниц, трубок и прочих фильтров. Это даже по меркам Маэстро оказалось дорого.

Но Иерия вполне спокойно отнеслась к переменам в обстановке. Не смогла она смолчать только при виде черновиков заклинаний, начертанных на нотном стане.

— Какие необычные письмена, — как бы невзначай отметила служительница Пятого Ордена. — Никогда таких не видела.

— Неудивительно, ведь это мой личный способ записи музыкальных последовательностей.

— Ого… Ризант, с каждым днем вы удивляете меня всё сильней. Настолько талантливого человека еще не было в моей жизни, — польстила мне квартеронка. — Вы и магическую теорию освоили в кратчайшие сроки, и фехтование вам дается поразительно легко. Да-да, не удивляйтесь. Я уже наслышана о вашей небольшой дуэли с Норданом гран Иземдор.

Сероволосая аристократка бросила на меня вроде и поощрительный, но в то же время и чуть осуждающий взгляд. Её глаза будто бы говорили: «Я, конечно, горжусь тобой. Но разве для таких забав я обучала тебя владению длинным клинком?».

— А теперь я узнаю, что вы, Ризант, еще и собственный язык придумали. Пусть и не разговорный. Это заслуживает уважения. Экселенс Одион гордился бы вами.

— Ну что вы, милария… — притворно смутился я.

После непродолжительного обмена дежурными любезностями, я напряженно сцепил пальцы и нервно задергал пяткой. Причем, это было совсем не наиграно. Меня действительно беспокоил успех моего плана. Девушка, уловив перемену моего настроения, тоже посерьезнела.

— Ваше расследование сдвинулось с мертвой точки, милария? — осип от волнения мой голос.

— Увы, Риз. Мы никого не сумели отыскать, — ещё сильнее помрачнела Иерия. — Темноликие очень осторожны. Образно выражаясь, как только по воде пошли первые волны, они спрятались так глубоко, что Пятый Орден по сей день не вышел ни на одного из них. Мы искали во всех крупных городах Патриархии. В Арнфальде, в Клесдене и Зеримаре. Судии Ордена, в надежде отыскать следы альвэ, направляли гонцов во все концы страны. Но тщетно. Алавийцы как сквозь землю провалились. Будто их здесь никогда и не было.

Хм… но при этом я точно знаю, что они никуда не уехали. Не далее чем вчера Маэстро расплатился за две обтянутые эбонитовой кожей черепушки. Значит, твари не бежали, а просто затаились. Свои жизни темноликие очень оберегают. Ждут, видимо, когда успокоится обстановка в Патриархии. Но, разумеется, признаться Иерии в своей осведомлённости я не мог.

— Этого я и боялся, — сквозь зубы выдохнул я. — У меня не остается другого выхода…

— Что вы задумали, Ризант? — встревожилась нор Гремон.