— Порошок из панциря косного краба… — он снова понюхал и скривился. — Тут точно намешан обычный песок. Та же фракция, тот же цвет. Но при этом сыпучесть и резонанс совсем другие. И под лупой не отличишь, но реакция — другая.

— Да, это уже явно не совпадение, — мрачно отметил я. — Это намеренное вредительство!

— Да, определённо. В этом не может быть никаких сомнений, — согласился Орион и продолжил обнюхивать и пробовать на язык оставшиеся реагенты.

В итоге у нас набралось чуть больше десятка компонентов, которые либо не соответствовали заявленному качеству, либо были явно намеренно испорчены.

Отобрав все подозрительные образцы, я аккуратно упаковал их в отдельные пакетики, а затем спустился вниз. Михаил Юрьевич должен был прибыть с минуты на минуту. И действительно, советник не заставил себя долго ждать и, как и договаривались, прибыл ровно в срок.

— Так что у вас за дело, которое нельзя обсудить по телефону? — спросил Шацкий, выходя из машины.

— Скажу вам прямо, Михаил Юрьевич, — ответил я серьёзно. — Я подозреваю, что внутри клана завелась крыса. И у меня есть доказательства.

— Это маловероятно, — нахмурился он. — Но, допустим. Я вас выслушаю.

— Пройдёмте в лабораторию. Я всё покажу.

Шацкий молча кивнул и последовал за мной.

— Вот, посмотрите, — я указал на то, что осталось от моего прежнего рабочего стола. — Я как раз занимался созданием нового зелья из ингредиентов, полученных в последней партии. В результате — произошёл взрыв.

Я выдержал паузу и, предвосхищая вопрос, продолжил:

— И прежде чем вы спросите, не было ли это ошибкой с моей стороны — нет. Я всё перепроверил. Проблема именно в реагентах.

Я выложил на стол аккуратно промаркированные пакетики с образцами:

— Здесь — все компоненты, не прошедшие проверку качества. Вы можете убедиться сами. Хотя сразу предупреждаю: визуально отличить их почти невозможно. Потребуется опытный алхимик… или, если пожелаете, я могу прямо при вас воспроизвести необходимые реакции.

— Я вас понял, — медленно кивнул Шацкий, внимательно выслушав меня. — Честно говоря, с трудом верится, что кто-то мог провернуть нечто подобное внутри нашего клана. За безопасностью мы тщательно следим.

— Понимаю. Но такой вопрос нельзя оставлять без внимания. — я встретился с ним взглядом. — Присмотритесь, кто чаще всего вмешивается в дела клана. Возможно, в последнее время вы замечали что-нибудь подозрительное?

— Советникам точно нет смысла это делать, — задумчиво ответил Шацкий. — Тем более их регулярно проверяют специальными артефактами. Обойти их — никому не под силу. В этом я уверен.

— Значит, кто-то, кто тесно общается с советниками, получает доступ через них. Артефактами ведь не проверяют всех, кто имеет с вами контакт. Верно?

В этот момент на лице советника на долю секунды промелькнуло беспокойство. Мимолётное, но я его заметил. Прежде чем он снова надел привычную маску спокойствия.

— Да, всё так, — наконец произнёс он. — Можете доверить это дело мне. Спасибо за информацию. Я разберусь.

Он сделал шаг к выходу, затем обернулся:

— Прошу меня простить. Дела. Если узнаю что-то важное по теме нашего разговора — сразу сообщу.

Удерживать Шацкого я не стал. Но странность в его поведении отметил. Он явно что-то знает. Возможно, куда больше, чем готов озвучить вслух. Но говорить явно не собирается.

Проводив советника, я сразу набрал Полину. И на этот раз сестра ответила практически сразу, даже не дождавшись первого гудка.

— Привет, братец! — весело отозвалась она. — Ты звонил? Что-то случилось?

— Да. Надо поговорить. Где ты сейчас? — коротко ответил я.

— Как раз на пути домой. Жди. Скоро буду.

— Хорошо. Тогда подожду тебя в лаборатории, — кивнул я, заканчивая разговор.

Пока ждал, провёл короткую инвентаризацию. Шацкий, конечно, забрал с собой предоставленные образцы испорченных реагентов — но всю партию уносить не стал. Так что задача осталась на мне: отделить пригодные компоненты от хлама, составить обновлённый список необходимых ингредиентов и прикинуть, что можно будет изготовить из оставшегося, а что — придётся срочно докупать.