— Говорите тише, — просит меня король слегка нервничая.

— Ваше величество, они вас прекрасно слышат и понимают, как и мы их, — сообщаю правителю и ловлю сразу несколько орочьих взглядов. — Так что не переживайте. А то, кем вы являетесь на самом деле, они догадались почти сразу, или знали… Думаю, им прекрасно известно, кто и как участвовал в захвате замка.

— Известно? — спрашиваю у орков.

Благо, наш переговорщик уже успевает завершить очень витиеватое приветствие. Он как и все остальные смотрит на меня во все глаза.

— Известно, молодой маг, — отвечает хан. — Мы очень ценим твоё присутствие здесь.

Морк говорит медленно, растягивая каждое слово.

— Не хотим мы воевать с тобой, — обращается к королю хан. — Нам нравится тот договор, который вы заключили с племенем Мохноногих и их Восточным Союзом. Мы хотим такой же.

Все ждут ответа. Вероятно, хан имеет в виду полулегальный договор: как раз о нём недавно упоминал Беннинг. Вот только, если мне правильно помнится, условия для королевства там похуже, чем в нашем.

Король на секунду задумывается.

— Мне не хочется прерывать моего уважаемого переговорщика, — сообщает он. — Эти переговоры — его детище, точнее, его задача.

Молодой орк приближается к шаману, чтобы рыкнуть свое мнение во всеуслышание, но Локар жестом останавливает его. Все молча слушают, что ещё скажет король.

— Хан той орды пришёл к нам сам. К тому же он тогда был силён. Поэтому договор с ним немного другой. Вы должны это понимать.

Хан хрипит, переваривая полученную информацию.

— Мы это понимаем, король, — тягуче отвечает он. — Мы признаём твою власть.

После этих слов орки одновременно хмурятся. Никто не смеет сказать Морку ни слова, хотя прямо сейчас он ломает всю выстроенную тактику.

— Духи сказали, что договор, который мы заключим, будет тяжёл, но потом мы только выиграем от этих клятв, — продолжает хан. — Поэтому скажи своему человеку: пусть не трудится. Мы готовы согласиться на тот договор, с которым вы пришли.

Король вопросительно смотрит на переговорщика. Тот сразу же пихает рукой своего помощника. Писарь срывается с места и убегает в разложенную палатку. Видимо, все данные по этому договору хранятся там.

— Позвольте узнать, а что такого у вас случилось? — любопытствует король. — Раз вы готовы пойти на тяжёлый договор?

Король больше не пытается скрывать свое положение, раз всё и так предельно ясно. Он придвигает стул ближе, чтобы лучше видеть орков. Видно, что правитель в этот самый момент получает море удовольствия. За Беннингом он не посылает, хотя ситуация, мягко говоря, немного выходит из-под контроля.

— Тяжёлым — не значит неуважительным. Договор уважительный, — тянет слова Морк. — Договор признаёт нашу силу, и мы знаем, что он не сделает нас рабами, как пытались хозяева этого замка. Поэтому мы заключим его на ваших условиях. Нам это нужно.

Молодой орк ёрзает на месте. Он периодически сжимает челюсть в злобном оскале, либо мне только так кажется.

— Скажи, вождь, — обращается к королю хан, — а твой маг не хотел бы скрестить клинки с моим сыном? — кивает себе за спину.

А, нет. Не кажется. Король с интересом смотрит на меня.

— Клинки — точно нет, я плохо владею оружием, — тут же отвечаю.

В ответ получаю еще один оскал молодого орка. Шаман вместе с Морком этого не видят.

— На магии у вас шансов вообще никаких, — добавляю. На эти слова кивает уже Локар.

— И зачем оно мне? — задаю очевидный вопрос.

Замечаю, как неподалеку суетится фей. Он показывает руками крест и кивает в сторону Василисы. Мол, это она чувствует неладное. Феечка при этом выглядит на удивление умиротворенной.

— Мы заключим договор в любом случае, но если с боем, то предки возрадуются, — объясняет хан.

Примерно так я и предполагал. Эти красные сапоги будут меня еще долго преследовать.

— Виктор, тут только твоё решение, — говорит король. — Как решишь, так тому и быть. Но добавлю от себя, что буду крайне рад на это посмотреть.

Еще бы. посмотреть все горазды.

Переглядываюсь с Феофаном и Василисой. Девчонка просто пожимает плечами: хочешь — вперёд. Феофан сначала показывает крест, но видит моё замешательство и просто разводит руками. Он пытался. Щит, если что — поставит. Я помню. Чего стоили нам красные сапоги все тоже помнят. Что ж.

Решение придётся принимать самому. Феи мне тут не помощники, король тем более. Душа Его Величества требует хлеба и зрелищ, что, в общем-то, не удивительно. Вот только огонь глубоко внутри меня по-прежнему ворчит и требует выхода. Пусть и не в сторону шамана, но, в каком-то смысле, в сторону его близких.