Когда один мужчина сделал шаг вперёд и протянул ко мне руку, Мэддокс встал между нами и резко расправил крылья. Мужчине и остальным ничего не оставалось, как отшатнуться — чтобы не получить по лицу шпорой или жёстким костяным краем.

Я не была уверена, но… в его глазах промелькнуло что-то странное. Он моргнул — вертикально.

Он был сидхом?

Сидхи часто прятали свою внешность чарами: острые уши, вытянутые зрачки, клыки, хвосты, когти — всё, что могло выдать их суть. Единственные сидхи, которых я видела во всей их красоте, были жители На Сиог. И только потому, что деревня была далека от всех людских поселений и считалась заброшенными руинами в глазах Двора.

— Думал, я ясно выразился во время пути, — произнёс Мэддокс с ледяным спокойствием. — Кто коснётся её без разрешения — останется без руки. Или без той части тела, которой осмелится проигнорировать моё любезное предупреждение.

Воздух напрягся, насыщенный напряжением. А может, оно и раньше было здесь — просто теперь его невозможно стало не чувствовать.

Мэддокс и остальные провели с этими людьми весь путь через Вармаэт?

Если да — можно было с уверенностью сказать, что они не сдружились.

Я едва коснулась спины дракона, отрывая его внимание от мужчины.

Когда он повернулся ко мне…

Его глаза сверкали. Я затаила дыхание. Я не привыкла к такому.

И хотя он быстро моргнул и отвёл взгляд, было уже поздно.

Что-то с ним происходило.

Он был каким-то другим. Его чувства стали обнажёнными.

Раньше в нём всегда было что-то скрытое, инстинктивное, почти звериное.

То, что он редко показывал. Я видела это на Бельтайне.

А теперь — оно было здесь.

Свободное. Беспощадное.

И, если честно… прекрасное.

— Сейдж велела не задерживаться, — прошептала я.

Он сжал губы и двинулся вперёд. Крылья не сложил. Послание было очевидным.

Мы взобрались на крутой склон дюны, следуя за звуками барабанов, изо всех сил борясь с песком, норовившим стащить нас обратно. За гребнем начинало вырисовываться нечто алое. Оно росло, заполняя всё поле зрения, пока, наконец, не раскрылось полностью.

Масштаб ошеломлял. Я не могла охватить взглядом всё сразу.

На самом верху я остановилась. Мэддокс оказался рядом, его крыло прикрывало мою спину всё это время.

— Добро пожаловать в Анису, — сказал он. И в его голосе невольно проскользнуло восхищение. — Столицу Вармаэта.

Глава 8

Аланна

Теперь человек не может доверять даже собственной семье.

Но я не стану как король. Меня не предадут.

Хочешь узнать, как удостовериться, кто тебе служит?

Небольшой прокол гематитом в кожу — и они будут как скот.

Моей жене особенно нравится, когда это на губах.

Письмо герцога Вармаэта герцогу Гримфира, пятнадцать лет назад

Легендарная Аниса, каменный город.

Её ещё называли дочерью Деринкую — так назвали песчаный каньон, к которому примыкала столица. На западном языке это означало страж камня. И именно таким было первое впечатление, когда ты её видел.

Каэли каталась бы по этим дюнам, визжа от восторга, — подумала я.

Согласно преданию, под пустыней спал каменный титан, но руку он оставил на поверхности. Эта рука лежала на боку, как если бы черпала воду из источника, и в высоту достигала более четырёхсот метров. Её текстура напоминала взбитые сливки, с волнистыми линиями, словно дюны, и мягкими изгибами по всей поверхности. Она растягивалась более чем на десять километров в длину, и в её изогнутой чаше образовался город — укрытие от солнца и беспощадных песчаных бурь.

На краях каньона к ней примыкала стена, замыкая круг, полностью охватывая город. Хотя по высоте она не шла ни в какое сравнение с этим природным чудом. Ниже нас, прямо под дюной, начиналась утоптанная дорога, которая змеилась вниз к городским воротам почти в километре от нас. Эта дорога разветвлялась, огибая Анису и уводя в разные стороны.

Учитывая всё, что я знала об Анисе и её процветающей торговле, меня удивило, что я не увидела других повозок или транспортов поблизости. Торговля была их жизнью — у них не было другого выбора, ведь земля здесь была мертва. Их единственное богатство — это ремесло.