— Да, ну, она чуть не раскроила мне череп.

— Она будет со мной, — сказал Темный Бог. — Найди Эловин и ее чертову одежду. Сейчас же.

Вулфрик подтолкнул меня вперед.

Ненависть расцвела в моей груди, и я не могла этого вынести. Я бросилась вперед и вонзила когти в грудь Кейдена.

Он зарычал и отшатнулся назад, давая мне пространство проскочить мимо него. Я бежала так быстро, как только могла, не обращая внимания на колючки и ветки, которые впивались в меня. Я знала, что не смогу убежать от Темного Бога, но ужас взял меня под контроль. Я подавила жалобный вой и двинулась дальше.

Деревья и кустарник впереди меня вырвались с корнем и сдвинулись, преграждая мне путь. Земля закачалась у меня под ногами, я упала и заскользила по грязи.

— Перестань убегать, волчонок.

Сила Темного Бога растеклась по мне, громоподобная и холодная. Я стиснула зубы от этого давления, но затем мое тело исказилось, когда я была поймана в агонию во время сдвига. Бороться с этим было бесполезно, и через несколько секунд я уже стояла на четвереньках в грязи, — голая и снова человек. Я села и прикрыла грудь руками, моя кожа покрылась мурашками от холодного воздуха.

Темный Бог шагнул вперед и зарычал.

— Что мне с тобой делать, Саманта?

Я посмотрела на него, и мое сердце пропустило удар. Солнечный свет просачивался сквозь деревья, отбрасывая на него свет и тень. Монстр, от одного взгляда на которого у меня захватывало дух.

— Отпусти меня, ублюдок, — сказала я.

— Боюсь, я не могу этого сделать.

Я знала, что это бессмысленно. Зверь никогда не собирался отпускать меня добровольно. Должно быть, он лгал все это время. Он исказил мои мысли и заставил меня думать, что в его темном сердце есть что-то искупительное, крупица доброты. Что, возможно, он даже что-то чувствовал ко мне.

Все это было иллюзией.

Я вскочила на ноги, когда он приблизился со светящимся лунным осколком в руке. Я почувствовала, как покалывание его магии зовет меня. Пульсирует внутри меня.

Я вытянула руки вперед, и из моих ладоней вырвалась световая дуга. На секунду вокруг меня замерцал яркий световой щит, образуя барьер между нами.

Но почти так же быстро, как он возник, он исчез.

Темный Бог снял со своих плеч меховой плащ и протянул его мне.

— Ты можешь призвать свой щит отговорившись от меня, но не от убийцы? — его тон был пронизан жестокостью и гневом.

— Ты еще хуже их.

Он сделал паузу. Его челюсть напряглась, но взгляд не отрывался от моего лица.

— Я бы никогда не причинил тебе вреда, маленький волчонок, — сказал он почти с болью в голосе.

— Посмотри на обломки вокруг тебя. Посмотри, что ты сделал с Мэджик-Сайд. Ты уже причинил.

Он оглянулся на руины, окутанные тенью и вздымающимся пеплом. Разрушенные мечты и тела воинов-фейри. На секунду в его глазах промелькнуло раскаяние, но оно быстро сменилось гневом.

Он протянул мне свой плащ.

— Ты дрожишь. Презирай меня, сколько хочешь, но возьми это.

Я хотела отшвырнуть его на землю, но ветер был ледяным. Я выхватила плащ из его рук и накинула себе на плечи, на мгновение обрадовавшись его теплу. Он пах дымом и огнем, а также им самим — глубоким землистым мускусом, который разжигал во мне что-то первобытное и жестокое.

— Я ненавижу тебя, — прорычала я.

Он опустил голову, и его ноздри раздулись, когда он вдохнул. Когда он снова посмотрел на меня, его зрачки были расширены, а губы растянулись в слабой улыбке.

— Лгунья.

Слезы жгли мне глаза, но я не позволила им упасть перед ним.

— Как ты живешь с собой?

Что-то темное мелькнуло в этих блестящих светлых глазах.

— Мы уходим, — он свистнул Веге, и грифоноскакун легким галопом выбежал из леса.

Разочарование, гнев и беспомощность вскипали во мне, разрывая меня на части. Мой взгляд упал на короткий кинжал, прикрепленный к его бедру, и я напряглась.

Плавным движением я выхватила кинжал из ножен и выбросила руку вперед. Двигаясь быстрее, чем я могла себе представить, Кейден развернулся и поймал лезвие в воздухе рукой.

Черт.

Кровь стекала с его ладони по руке, сливаясь с засохшими порезами, которые я оставила у него на груди.

— Как ты думаешь, что твой маленький клинок сделает со мной, Саманта?

Мой пульс участился, дыхание стало поверхностным, но я сумела заговорить.

— Некоторые люди в этой деревне могли быть невиновны.

Он бросил клинок на землю.

— На войне нет невинных, волчонок. Когда-то это была моя земля. Фейри прогнали мой народ и присвоили их себе.