– Тем лучше, мистер Стюарт. Мы смогли зато сделать одно важное открытие, проговорил Гаральд.

– Какое открытие?
– удивленно спросил Стюарт.

– Мы узнали, что Гарри отлично умеет лазить по скалам и спасать обреченных на погибель, - добавил мальчик.

– Гаральд, вы положительно неисправимы!
– воскликнул молодой учитель. Как вы можете шутить, когда только что избавились от страшной опасности.

– Неужели, мистер Стюарт, поэтому было бы приличнее плакать? Однако после всех этих подвигов не мешает позавтракать. Я сильно проголодался.

Все трое уселись на вершине скалы и принялись за завтрак.

Чудный вид был отсюда. Впереди, как на ладони, - море, кругом скалы и утесы, над которыми по всем направлениям шныряли большие и маленькие птицы.

– Что это за птица, которая вон летит над нами?
– спросил Гарри.

Стюарт поднял глаза и внимательно оглядел делавшую большие круги птицу.

– Скопа. Она, вероятно, ищет себе пищу, - отвечал Стюарт.

– А чем она питается?

– Чем попало: и рыбой, и мелкой морской птицей. Говорят даже, будто она часто забирается на орла, с целью отнять у него добычу.

– Славная птичка!
– заметил Гаральд.
– А кто это хохочет, слышите?

– Это чайка-хохотунья. Крик ее действительно иногда очень похож на смех.

– А вот и кенгуру!
– Смотрите, смотрите, как она высматривает что-то в море!

– Это вовсе не кенгуру, мой друг, - заметил Стюарт.

– Кенгуру - это животные, а не птицы и водятся только в жарком поясе, а это просто нырок.

– Что же он там делает?

– Наверное, высматривает добычу. Вот сейчас увидим.

Нырок сидел над водою и пристально смотрел на нее. Вдруг он, видимо, чего-то испугался, отодвинулся к своей норе и уселся около нее.

– Кажется, он чего-то боится. Смотрите, с какою тревогою он оглядывается, точно ждет нападения, - заметил Гарри.

– И он прав, - сказал Стюарт, - нападение сейчас произойдет. Видите вон того ворона? Он, вероятно, хочет напасть на нырка. Мы сейчас будем зрителями интересной драмы. Вы за кого: за нырка или за ворона?

– За нырка, за нырка!
– вскричали оба.

– И я тоже за него, потому что он будет защищать свое гнездо, своих птенцов, а ворон будет действовать как разбойник. Пожелаем же победы нырку.

Тем временем схватка между обеими птицами уже началась. Ворон бросился на нырка и хотел схватить его за шею, но последний, быстро вывернувшись, сам схватил его под горло и начал колотить по груди ногами. Ворон пронзительно кричал и употреблял все усилия, чтобы вырваться, но не мог.

Бойцы поднялись вверх, и битва продолжалась в воздухе. Долго обе птицы кувыркались и терзали друг друга над водою. Наконец они упали в воду.

– Вот тебе и раз!
– вскричал Гаральд.
– Кто же кого победил?

– Погодите, - заметил Стюарт, - битва еще не кончилась.

И действительно, вскоре обе птицы появились на поверхности моря, но промокший ворон, видимо, уже изнемогал. Нырок, очевидно, это понял - стиснув еще сильнее шею своего врага, он снова погрузился вместе с ним в воду.

На этот раз обе птицы оставались в воде гораздо дольше.

– Они, должно быть, обе захлебнулись!
– проговорил Гарри, внимательно следивший за интересной борьбой.

– Не думаю, - заметил Стюарт, - нырок может долго пробыть под водою, а вот для ворона это купанье опасно.

Но вот одна птица показалась на поверхности воды. Это был нырок. Тяжело дыша, он поднялся в воздух и опустился на скалу около своего гнезда. Затем, несколько раз встряхнувшись, победитель не спеша направился к своему гнезду. Через минуту всплыл наверх и труп ворона.

– Ура!
– закричал Гаральд, хлопая в ладоши.
– Да здравствует нырок!

Но вот из гнезда вышла еще птица, похожая на нырка, только поменьше ростом, и, прокаркав что-то, удалилась снова в гнездо.

– Это супруга победителя, - сказал Стюарт.
– Она явилась поздравить его с победой, затем снова удалилась к деткам.

– А ворон может победить нырка?
– спросил Гарри.

– И даже очень легко, - ответил наставник, - стоит ему схватить нырка за горло и тот погиб.

– Какие интересные животные эти птицы!
– продолжал задумчиво Гарри.

– Все животные интересны, если наблюдать за ними. Нужно только уметь наблюдать, а любопытного в природе очень много, - заметил Стюарт.