*

– Потом мне опять привиделся шар. Маленький такой шарик, он был внутри меня. Он лопнул. Я тогда ещё подумал, Иван Бабичев спрашивал: какой бывает звук, когда разрывается сердце? Мне приснился именно такой звук. Я спал. Вдруг вскочил, стал озираться, я ничего не понимал, во мне словно что-то лопнуло, со стоном, со скрежетом. Кое-как я убедил себя заснуть вновь, ничего, мол, не случилось, просто дурной сон. Часа через два звук повторился. Я услышал грохот упавшей гитары: от удара об пол - лопнула дека, порвались струны - все разбилось в щепки. Это все сон, сон, - уверил я себя. Уснул снова. Но вдруг - вновь услышал звук лопнувшего шара. На сей раз звук был столь явственен, что только страшным усилием воли я заставил себя не вставать и не идти в коридор проверять - что там случилось. Но внутри меня продолжал гудеть колокол лопнувшего шара. Уже не маленького, словно за эти два часа мой шарик вырос и - умер, действительно умер.

Я слышал, бывают наркоманы, которые перевозят в себе особые ампулы с наркотиками, дома, когда таможня уже позади, они извлекают из себя наркотик в оболочке. И горе им, если там, внутри у них - оболочка с наркотиком разорвется! Может, во мне разорвалась подобная оболочка? Может, в моем теле теперь - яд, смерть? Тогда я должен скоро умереть.

ЗТМ.

Звучит единственно простая и красивая музыка - Вальс "Три сестры" С.Курехина.

НДП:

Я столько хотел вам рассказать...

Глава 17.

"Звезда и Смерть воды в ступе."

/март 1998г./

Я смотрю на часы. Я пишу прозу. Что такое "проза"?

Вода, поток. Бессвязно мутное движение. Так?

Нет.

Каждая капелька, каждая волна - имеет свое четкое направление, свое и только свое место в потоке.

И Работа ведется в бесконечном неуловимом движении. Точный подсчет бессознательного, - математика, не более того.

Проза - статистика с комментариями. Не более того.

Далеко-далеко, смерть расскажет тебе мои сны.

Вот уже, видишь: мир закругляется в ноль. Ноль тикает часами. Мое аккуратное сердце ведет скромный отсчет твоим серым дням.

Ведь я подарил тебе серое.

Ноль ещё пульсирует - ему снятся тревожные сны.

Я вдруг просыпаюсь: андрогин? ангел?

Шут-истребитель?..

Постой, ноль, нет, не торопись, - моя ладонь: его беспокойный пульс.

Не бойся, ноль, скоро не будет уже ни тебя, ни меня.

Ноль булькает кровавым овалом рта.

Не бойся, ноль, там, в земле, не будет ни глаз, ни губ.

Ноль растягивается в улыбке. Замирает.

Ты испугалось, мое аккуратное сердце?

Не бойся, ноль, не любит никто.

В серой воде малыш, сгусток огня, чуть... дрожит...

Не бойся, глупый мой огненный сын, оно... никогда не вернется.

Спи, мой маленький смешной ноль, я спою тебе колыбельную о том, как мы должны умереть.

Небо.

Над нами стремительно летит упругое небо.

Я с ужасом жду.

Так, тобою, ребенком еще, я подходил к праздничному столу и тянул скатерть. На пол падали чашки, ложки, выпивка, закуска... Порой успевали подхватить.

И теперь я с ужасом жду, когда оно кончится - просыплются наземь звезды, планеты, галактики, ангелы, боги... Край неба мелькнет лоскутом там; мы не увидим, - погребенные - звездами, планетами, галактиками, ангелами, богами... не увидим уже ничего.

Сны городов, сны домов, дворов,

Засыпанных снегом улиц, сны пустых аллей...

И кажется, что застыл и схвачен

Мотив щемящий убегающих дней.

И не понять, не суметь ухватить

Звонкой птицей крик летящий в ночи

Я не знаю, как тепло ушедшее найти!

Вл.Леви "Мотив убегающих дней".

*

На днях перечитывал С.Къиркегора.

"В момент зачатия дух пребывает дальше всего, и потому страх тут всего сильнее. В этом страхе возникает новый индивид. В момент рождения страх во второй раз достигает своей вершины в женщине, и в это мгновение индивид появляется на свет."

Нетрудно догадаться, что эта простая формулировка лежит в основе концепции "разумного мазохизма". И в самом деле - рождаясь в страхе, человек испытывает определенные страдания, которые, переживая после, пытается оправдать ли, осознать ли, повторить ли - не важно, главное возвращается к тем далеким детским ощущениям снова и снова. И все подобные ощущения - лишь производные того первого страха (или - тех страхов, материнского и детского). Не просто индивидуального страха, а страха незримо для иных, - но навеки связанного с тем далеким - исходным страхом. Страхом некой мифической Евы. Каждое новое дитя, появляющееся на свет в боли и страдании, возвращает к переживанию "первородного греха".