К Церемониймейстеру подходит Француз и кладет ему руку на плечо:

– Не тяните резину, мон шер.

– Логично. Итак. Различные этносы позволили себе прислать сюда, на Праздник, своих представителей, свидетелей и соучастников мученической смерти нашего с вами любимого Христа. Все они, как сговорившись, таки угробили его, да? (аплодисменты и хохот за кадром) Итак. (в кадре Африканец) Что вы сделали с вашим Христом?

– Съели.

– А символ мученичества?

– Вот. (на шее Африканца висит берцовая кость; аплодисменты и хохот за кадром)

– Ага. Пойдем дальше. Вы?

– Я Гражданин США. (в кадре - Американец) Нашего Христа приговорили к электрическому стулу. (аплодисменты и хохот за кадром)

– Ну, это не очень экономно. С музыкой?

– Были Френк Синатра и Майкл Джексон.

– Тем более. А у вас?

– Русский! (в кадре - пьяный русский)

– И где?

– Кто? А! Мы его сначала мучили, туда-сюда ходил, по этапу ходил, сученым с Солженицыным работал, потом его уже в клетке возили, голого, зимой, а вот потом уже колесовали, а потом посадили на кол, потом четвертовали, потом бросили гнить под стены Кремля, а вот уже потом скормили шелудивым...

– Хватит-хватит! А символ?

Русский глупо улыбается и достает из-за пазухи томик стихов Есенина и бутылку водки. (аплодисменты и хохот за кадром)

– Теперь вы. (в кадре - Француз). Что это у вас?

– Голова Христа. Его гильотинировали. Я француз. (за волосы поднимает в кадр отрезанную голову Христа, аплодисменты и хохот за кадром)

– Понятно. А вы кто?

– Я самурай. (в кадре - Японец) Христос сделал себе харакири. Вот этим. (показывает окровавленный меч)

Гробовое молчание.

– Как?

– Так. (делает сам себе харакири, аплодисменты и хохот за кадром; Француза и Американца выташнивает)

В кадре - Индус:

– Христа съели тигры.

Индуса отталкивает Немец:

– Христос был евреем, поэтому место ему - в концентрационном лагере!

Церемониймейстер:

– Кстати, да! А почему молчат евреи? (аплодисменты и хохот за кадром)

В кадре - Еврей.

– А мы его распяли.

Все:

– Фу, как это примитивно!

– Как пошло!

– Бездарно и бездуховно!

– Христа съели...

– Тигры!

– Нет, колесовали!

– Газом!

– На стуле!

– Распяли!

– Нет, съели...

Начинают драться друг с другом при помощи подручных средств: гильотины, электрического стула, костей, головы и пр. (аплодисменты и гомерический хохот за кадром)

Церемониймейстер (выходит из Студии, закрывая за собою дверь):

– Вот ведь уроды. Что ж, а теперь мы вам покажем Христа, который, так сказать, распял себя сам...

Внезапно на Церемониймейстера падают софиты и прочие электроприборы. Призывно гудит набат. Дерущиеся представители и соучастники ломают дверь и набрасываются на Церемониймейстера. По канатам в Студию быстро спускаются монахи всех мастей и приходов. Раздаются гневные крики:

– Это кощунство!

– Святотатство!

– Немедленно прекратите безобразие!

Все грубо избивают Церемониймейстера.

НДП:

"Родина-мать зовет!"

"За что кровь проливали, Иуды!"

"Утопи свою голову!"

"Христос бы русским!"

"Да здравствуют Баркашов и Распутин!"

"Все на перевыборы Пелевина!"

"Банду Ельцина - под суд!"

"Саддама - на мыло!"

"Ленин, партия, ЛСД!"

"Убирайся на свой Авалон!"

"Сахаров - наш рулевой"!

"Да здравствует Мировой Сионизм!"

"Во имя Валена!"

"Вся власть экономистам!"

"Свободу Ивану Буслаеву!"

"Долой антинародный режим!"

"Пушкина - в президенты!"

"Все на расстрел Русской Патриархии!"

В драку ввязываются обслуживающий персонал, статисты и спонсоры. Избитый, истекающий кровью Церемониймейстер из последних сил кричит:

– Ради бога, ради всего святого, оставайтесь с нами! (умирает навсегда)

Радостно и грозно звучит "Па-де-де" из балета "Щелкунчик". Это апофеоз Божественного в Человеческом, победа сил Добра над силами Разума.