Когда не долг законом был, а сила.

Но времена бесчинства миновали.

Воскликнем же: «Пусть торжествует право!» —

И власть трибунов превратим во прах.

Измена налицо!

И это — консул?

Ну, нет!

Сюда, эдилы!

Входит эдил.

Взять его!

Зови народ.

Эдил уходит.

А ты задержан мною

От имени народа как изменник,

Как враг его. Зову тебя на суд

И обвиняю.

Прочь, седой козел!

Мы за него ручаемся.

Старик,

Не смей его касаться!

Прочь, иль кости

Твои гнилые из одежды грязной

Я вытрясу.

Сограждане, на помощь!

Входят эдилы с толпой горожан.

Опомнитесь вы оба!

Горожане,

Вот тот, кто хочет власть у вас отнять!

Хватай его, эдилы!

Смерть ему! —

Долой его! — Покончить с ним!

К оружью!

Все с криком окружают Кориолана.

Патриции!.. Сограждане!.. Трибуны!..

Сициний!.. Брут!.. — Кориолан!.. — Постойте!..

На помощь!.. — Успокойтесь!.. — Тише, тише!..

Что происходит здесь? Я задыхаюсь.

Беда близка, а говорить нет сил!

Кориолан, трибуны, успокойтесь!

Уйми народ, Сициний добрый!

Тише!

Сограждане, послушайте меня!

Послушаем трибуна. — Тише, тише!

Вам всем грозит беда: задумал Марций,

Которого вы консулом избрали,

Отнять у вас свободы ваши.

Тьфу!

Не тушишь ты пожар, а разжигаешь!

Безумец, ты разрушить город хочешь?

А что такое город? Наш народ.

Он дело говорит: народ есть город.

Народ нам поручил единодушно

Быть судьями от имени его.

И оставайтесь ими.

Да, конечно.

Да, оставайтесь, чтоб разрушить город,

Сравнять его с землею и порядок

Похоронить под грудами развалин!

За речь свою достоин Марций смерти.

Иль отстоим мы нашу власть сейчас,

Иль потеряем. — Именем народа,

Который нас избрал, постановляем:

Немедля Марций будет предан казни.

А потому изменника хватайте,

Тащите на Тарпейскую скалу

И сбросьте в пропасть.

Взять его, эдилы!

Сдавайся, Марций!