Как приятны эти весточки от семьи, такие веселые, радостные, от семейного очага, подумала Гретхен.

– - Кто же теперь занимается лавкой?

– - Миссис Кудахи. Она -- вдова, отец платит ей тридцать долларов в неделю.

– - Должно быть, папе это нравится?

– - Я бы не сказал, что он счастлив.

– - Ну, как он там?

– - По правде говоря,-- сказал Рудольф,-- нисколько не удивлюсь, если состояние его здоровья окажется хуже, чем у матери. Он уже несколько месяцев не выходит во двор, чтобы вытрясти мешок с мукой, и, по-моему, не ходит на реку с того времени, как ты уехала.

– - Что же с ним происходит?
– - Гретхен вдруг почувствовала, что этот вопрос ее и в самом деле волнует.

– - Не знаю,-- ответил Рудольф.-- Он всегда такой. Ты что, не знаешь папу? Он никогда ничего не скажет.

– - Вы говорите с ним обо мне?
– - спросила Гретхен.

– - Ни слова!

– - Ну а как там Том?

– - Уехал и забыт навсегда,-- сказал Рудольф.-- Мне так и не удалось выяснить, что тогда произошло. А сам он ведь никогда не напишет.

– - Да, узнаю свою семейку,-- призналась Гретхен. Они посидели немного молча, воздавая должное клану Джордахов.-- Ну...-- Гретхен приободрилась.-Ну как тебе нравится наша квартирка?

Она жестом руки обвела квартиру, они с Вилли сняли ее вместе с мебелью. Мебель, правда, была такой, словно долго провалялась на чьем-то пыльном чердаке, но Гретхен купила несколько горшков с цветами, развесила по стенам гравюры и рекламные афиши туристических агентств. "Индеец в сомбреро стоит перед своей деревней"; "Посетите Нью-Мексико!".

– - У тебя здесь очень приятно,-- с серьезным видом озирался по сторонам Рудольф.

– - Здесь, конечно, так и разит дурным вкусом,-- возразила Гретхен.-- Но у этой квартиры есть одно бесспорное преимущество. Она не в Порт-Филипе!

– - Понятно, что ты имеешь в виду,-- вздохнул Рудольф.

Почему он такой серьезный?
– - удивилась Гретхен. Интересно, что привело его сюда, в Нью-Йорк, почему ему вдруг понадобилось повидаться с нею?

– - Ну а как поживает твоя красавица?
– - Ей было отнюдь не весело, но она старалась этого не показать.-- Как ее? Кажется, Джулия?

– - Да, Джулия,-- сказал Рудольф.-- С ней у меня тоже не все гладко.

В комнату вошел Вилли, без пиджака, причесываясь на ходу. Они расстались всего несколько часов назад, но окажись они в эту минуту наедине, Гретхен бросилась бы к нему в объятия, словно они не видели друг друга долгие годы. Он, наклонившись над кушеткой, быстро ее поцеловал в щеку. Рудольф вежливо встал.

– - Сидите, сидите, Руди,-- спохватился Вилли.-- Я ведь не ваш старший офицер!

Гретхен в глубине души пожалела, что Вилли уделил ей так мало внимания.

– - Ах, вижу, все в порядке!
– - воскликнул он, увидав бутылки с пивом и отутюженный костюм на спинке стула.-- Правду я говорил ей, когда мы впервые встретились, из нее выйдет образцовая жена и прекрасная мать. Холодно на улице?

– - Угу.

Вилли сразу занялся бутылкой. Откупоривая, спросил:

– - А вам, Руди?

– - Мне пока достаточно,-- ответил тот, снова усаживаясь на кушетку рядом с Гретхен. Вилли налил себе пива в уже использованный стакан: на его ободке была заметна пивная пена. Он много пил пива, этот Вилли.-- Думаю, нам следует откровенно объясниться,-- сказал он, широко улыбаясь и поворачиваясь к Руди.-- Я сказал ему, что мы только формально живем в грехе. Сообщил, что просил твоей руки, но ты мне отказала, правда, смею надеяться, не окончательно!

Вилли не лгал. Он и в самом деле то и дело просил Гретхен выйти за него замуж. Ей казалось, что он говорит серьезно.

– - Разве ты не сказал ему, что женат, Вилли?
– - спросила она. Пусть у Руди не останется ни одного вопроса, на которые он не получил ясного ответа. Это беспокоило Гретхен.

– - Конечно,-- отозвался тут же Вилли.-- Какие у меня могут быть секреты от братьев любимой женщины? Мой прежний брак был, по существу, ошибкой молодости, мимолетный как облачко. Руди -- человек умный, он все поймет. Но, надеюсь, этим не ограничится. Вот увидишь, он будет отплясывать на нашей свадьбе и окажет нам поддержку в глубокой старости.

Сейчас от шуток Вилли Гретхен стало не по себе. Она, конечно, рассказывала ему о своих родителях, о братьях Рудольфе и Томе, но только сейчас один из членов ее семьи присутствовал здесь, и эта ситуация действовала ей на нервы.

Рудольф промолчал.

– - А что ты делаешь здесь, в Нью-Йорке, Руди?
– - спросила она, стараясь отвлечь внимание гостя от шутовства Вилли.

– - Вот решил прокатиться,-- ответил он. Он явно хотел сказать ей что-то важное, но ему не хватало духа сделать это в присутствии Вилли.-- У нас короткие каникулы.