– Прости меня за этот спектакль, - сказал он дружелюбно.
– Я - посланец Тьмы и не могу так вот сразу отказаться от некоторых привычек. Но дело, которое мне поручено, выше Тьмы и Света, и потому совершенно не важно, чьими руками оно будет в конце концов сделано. На самом деле оно у нас с тобою общее, Сандра.

И цыпленок склонил голову набок. Сандра, знавшая, что за монстр прячется в пушистом комочке, не могла избавиться от чувства некоторого облегчения - особенно после исчезновения подручных Бартамона. Как ни верти, а разговаривать с цыпленком хоть и странно, но легче, чем с бесплотным чудовищем, и даже весело. Бартамон это хорошо понимал.

– Как видишь, я могу быть вовсе не страшным, - подтвердил он Сандрины мысли.
– Признаться, в роли птенца я чувствую себя исключительно комфортно. Когда я птенец, я называюсь Лидерц. Настанет день, - пообещал он многозначительно, - и я окончательно отрекусь от Тьмы.

– Зачем же ты творишь черные дела, если тебе не нравится?
– спросила Сандра.
– Я знаю, что твои хозяева послали тебя за черным осколком. Почему ты не отказался?

Лидерц издал нечто похожее на терпеливый вздох.

– Меня хозяева не посылали, - молвил он сокрушенно по той причине, что это была чистая правда, а Лидерц на дух не переносил никакой правды - даже если она шла на пользу.
– Я ощутил зов Сильнейшего. Он повелел: иди и возьми. Как я мог ослушаться? Мне, рожденному для службы Злу, не дали иных возможностей добиться своего - то есть без предательства, убийств и грабежа. Но в точности то же самое, уверяю тебя, произошло и с теми, - цыпленок мотнул головой в направлении тела Брана.
– Их тоже призвали, и они, подобно послушным куклам, пришли в движение. Пред лицом Сильнейшего Добро и Зло суть одно и то же, две стороны одной медали. И нет ничего необычного в том, что мне порядком надоела моя сторона. Сил нет - до чего хочется сменить амплуа.

Лидерц взирал на Сандру честными глазами, пытаясь выяснить, насколько он убедителен. Верит ли она, что он устал от Зла и Сильнейший не видит разницы между ним и Браном?

Сандра поразмыслила.

– Если ты не врешь, - сказала она, - отпусти мои руки. Они затекли и сильно болят.

Цыпленок огорченно закудахтал, словно уже вырос во взрослую курицу.

– Что я за болван!
– восклицал он, хлопая крыльями.
– Мне нет прощения! Это разумелось само собой! Я просто сделал что-то вроде ремней безопасности на случай всяких неожиданностей - ведь неожиданности, согласись, могли произойти.

Лидерц тоненько, смешно и хрипло кукарекнул, после чего быстро зашептал неразборчивые слова. Кольца стали таять, и вскоре Сандра уже растирала посиневшие запястья. Цыпленок стоял в сторонке и счастливо улыбался, как умел. Сандра сползла с окоченевшего дракона на полосу и сделала несколько шагов. Никто ее не удерживал.

– Теперь ты мне должен объяснить, где мы и почему здесь оказались, потребовала она.

Лидерц отвернулся, чтобы не выдать ненароком свой гнев. "Кто - должен? Я?
– едва не сорвалось у него с клювика.
– Тебе? Постой, еще чуть-чуть, и ты увидишь, кому должен я и кто должен мне". Вслух он покорно молвил:

– Изволь, тут нет секрета. Это так называемая нейтральная территория. У здешнего мира нет правителей, силы Зла и Добра приблизительно равны, и с давних пор местные пустоши используются для разрешения споров.

– Приблизительно равны?
– Сандра вскинула бровь, глядя в сторону Брана.

– Приблизительно равны, - кивнул Лидерц с еле уловимой угрозой, подчеркивая слово"примерно'. На самом деле здесь была никакая не нейтральная земля для дипломатов, а простирался заброшенный, запущенный, грязный край, отравленный сотнями цивилизаций и битком набитый всевозможными гадами и разбойниками. Место, куда без надобности не сунется даже герой.

Сандра смекнула, что может зайти слишком далеко и не стоит забывать, кто перед ней находится. Она постояла, закусив губу, потом осведомилась:

– Что ты сделал с настоящим Змиуланом?

Птенец поджал лапку и закатил глаза.

– Беда! Иначе и не скажешь - беда! Говорил же я тебе, что все злое получается у меня непроизвольно, само по себе. Поэтому любое недоброе дело, которое я совершил, следует считать несчастным случаем. Вот и Змиулан - то, на чем вы летели, был настоящий Змиулан, только без головы. Ее место занял я, желая, не стану отрицать, ввести вас в заблуждение и доставить именно в это место, а не туда, куда направлялись твои недалекие приятели. Между прочим, зверски тяжело таскать за собой столь длинное, громоздкое туловище.

– А куда же все-таки делась его голова?
– не отставала Сандра, сама удивляясь своей храбрости и настойчивости. Лидерцу это нравилось, смелость Сандры означала, что та уже меньше боится и тем легче будет обвести ее вокруг пальца.

– Я и говорю - несчастный случай! Я пришел к этой упрямой, подозрительной кишке и узнал, что она вот-вот отправится на встречу с вами. Я попробовал убедить дракона, что не стоит пороть горячку и лететь к Радужному Мастеру, имея при себе лишь черный осколок и зная, что мы непременно объявимся там же - твердые и неумолимые. Я старался вбить в его тупую башку, что и вы, и Мастера, и сам он - жалкие пешки в руках Сильнейшего, и нам нет смысла ссориться - лучше объединиться, все обсудить и найти взаимоприемлемое решение. Но старый дуралей не слушал. Это лишний камень в огород Брана и его шимпанзе - надо же было выбрать в помощники этакую твердолобую скотину! Впрочем, другого я от них и не ждал. Кстати, и к самому Змиулану я пришел как раз потому, что не сомневался: где Бран и Хануман - там и это пресмыкающееся. И не ошибся. Короче, я вышел из себя, вспылил. Змей бросился на меня, и я, обороняясь, нечаянно снес ему голову. Клянусь чем угодно - я не собирался этого делать! Это получилось само собой. Едва я увидел, что натворил, то счел за благо использовать останки и принял змеиный облик. Думаю, что вышло не так уж плохо. У твоих друзей не возникло даже тени подозрения.