– Но как?
– Патрик широко раскрыл глаза и стал осматриваться по сторонам в поисках армии Ханумана. Вокруг не было ни души, и обезьяна снисходительно ухмыльнулась.

– Как ты думаешь, зачем я взял чемодан Сандры?
– спросил он заговорщицки.

Патрик пожал плечами и ничего не придумал. Хануман присел на корточки и щелкнул замками. Откинув крышку, он полез внутрь и начал рыться. Из чемодана полетели платья, книжки и разная мелочь - бусы, заколки, браслеты.

– Сандре это не понравится, - предупредил Патрик. Хануман беззаботно махнул рукой.

– Ерунда, - объявил он.
– И что только у этих девиц в мозгах? Одна дребедень. Если б она знала, что я собираюсь сделать, была бы только рада. . . Но где же они? Может быть, глубже. . . А, вот, нашел!

И Хануман бережно выложил перед собой пластмассового слона, плюшевого заводного пса с надорванным ухом и тряпочного котика, умевшего мяукать.

– Как видишь, - сказал он удовлетворенно, - у Сандры тоже есть амулеты. Правда, она, мне кажется, никогда их таковыми не считала - просто старые игрушки, память о родном доме и детских годах. Но эти звери способны на много, много большее. Силы Света тоже могут позволить себе маленькую армию, и твоим хулиганам ее солдаты ни в чем не уступят.

Патрик догадался, что сейчас произойдет, и отступил на несколько шагов. Хануман раскрутился волчком, резко остановился и с силой ударил хвостом по полосе. Воздух над куклами, лежавшими неподвижно, дрогнул и замерцал красными, голубыми и изумрудными огнями. Казалось, что над игрушками висят медленно проворачивающиеся сверкающие пластины. Краски начали сливаться, сгущаясь в плотное облако. Когда оно сформировалось и стало походить на идеально округлую дыню, из самого центра с мягким треском вырвались три молнии. Огненные змейки коснулись кукольных голов и замерли, еле заметно дрожа. Куклы заискрились; Патрик, смотревший во все глаза, отметил, что слон неуверенно шевельнул хоботом, котик улыбнулся, а пес приподнял здоровое ухо. Хануман простер к игрушкам ладони и несколько раз поманил, приглашая встать во весь рост. Слон заворочался, перекатился на пузо, уперся в землю передними ногами и немного постоял на коленях. Затем он решительно поднялся, непонимающе оглянулся направо, налево и вдруг начал стремительно расти. Он разбухал, как на дрожжах, поневоле сдвигаясь все дальше и дальше к краю полосы - уж больно много ему понадобилось места. Наконец он вырос полностью, запрокинул голову и радостно затрубил. Со всех сторон, подобно слоновьему стаду, ему ответило эхо.

Говорящий котик чуть-чуть испугался: ничего подобного с ним раньше не случалось. "Мяу! "- воскликнул он обеспокоенно и тоже стал увеличиваться в размерах. Котик рос еще быстрее слона и в итоге сделался хоть и значительно меньше своего хоботного соседа, но в то же время и гораздо больше обычного кота. Скорее можно было уподобить его гигантскому льву - только без гривы и без кисточки на хвосте. "Мяу! "- озадаченно повторил Кот, наблюдая, как страшные когти-ножи с лязгом выскочили из ямок между пальцами его намозоленных лап. Он поднес к глазам правую и потрясенно рассматривал острые крючья. "Мяу! "- изрек он в третий раз, теперь уже важным и довольным голосом.

А слева от него уже раздавался заливистый лай. Пес, оказавшийся самым сообразительным из троих, мигом понял, что с ним происходит, и пришел в неописуемый восторг - возможно, потому, что он один, будучи заводным, изведал прелести ходьбы и бега, но ключик Сандра где-то давным-давно потеряла, и Пес сильно тосковал. Он вымахал с приличного медведя и блаженно потянулся. Задними лапами Пес попытался откинуть землю, но когти - сущие коготки по сравнению с когтищами Кота - лишь царапнули твердую поверхность. Тогда Пес загадочно заворчал и вдруг оскалил зубы. Патрик ахнул. На него глядели кошмарные желтые клыки, достойные саблезубого тигра. Даже Котик с опаской отодвинулся, враз позабыв о своих когтях и оживляя в памяти многие горести, причиненные собаками кошкам. Но Пес немедленно захлопнул пасть и завилял хвостом, давая понять, что просто похвастался.

– Вот так, - сказал Хануман воодушевленно.
– Теперь посмотрим, кто кого.

Патрик с тревогой напомнил еще раз:

– Мы должны торопиться. Я не уверен, что Сандра сможет продержаться долго.

Хануман нахмурился.

– Мне это известно. Но я не в силах бросить начатое на полпути и заняться чем-то другим, пусть и более важным. Я служитель Добра, а равновесие, повторяю, было нарушено не в его пользу. Между прочим, не без твоего участия. Так что мы никуда не пойдем, пока не освободим этот мир от ваших деток, которые в настоящий момент шляются по окрестным полям и губят то немногое доброе, что еще сохранилось в сих угрюмых пределах. Сражение навряд ли затянется. Но оно должно состояться во что бы то ни стало, в противном случае я не вправе уйти отсюда.

– Значит, надо их найти, - подытожил Патрик, видя, что Хануман не отступит.
– Где, по-твоему, могут они скрываться?

– Да к чему их находить?
– осклабился Хануман пренебрежительно.
– Они сами сюда явятся. Как-никак им велено меня разыскать, вот они и ищут. И найдут, вот только везение их на этом закончится. Вон, кстати, первый взгляни!

Патрик посмотрел в направлении вытянутого пальца Ханумана. Издалека к ним прыжками приближалось темное пятнышко, в котором смутно угадывался Динозавр.

– Кот и Пес с ним разберутся, - кивнула обезьяна с видом учителя, раздающего домашние задания.
– У бронебойного болвана есть нечто общее с почтенным Слоном, и я всегда считал, что хобот против пушки может оказаться весьма грозным оружием.

– А Робот?
– спросил Патрик, изнемогая от любопытства.

– Не все сразу, - поднял палец Хануман.
– Робот отличился особо, он посмел поднять свой ржавый топор на одного из самых доблестных рыцарей всех времен и миров. Это не останется без последствий. С Роботом разберется тот, кого он столь необдуманно унизил, - то есть Бран.