Коп кивнул, аккуратно положил на стол все предметы и ушел. До меня дошло, что Джон мог ввести что-нибудь в Дингбэта во время разговора с Берил Хинкли. Если где-то есть намек, почему его могли убить, то они на флоптике [9] в его ПТ.

— Ладно, Розен, — перебил ход моих мыслей Фарентино, — давайте откроем друг другу карты.

— Конечно. — Я старался не смотреть на Дингбэта жадным взглядом. Он лежал близко — руку протянуть. — Все, что хотите знать, лейтенант.

С этими словами я потянул к себе бутылку пива и стал поднимать ее ко рту.

В последний момент я разжал пальцы, и бутылка выскользнула.

Она выпала из моей руки, стукнулась об стол, отскочила и пролетела у меня между ног, разбрызгивая пиво во все стороны, пока не разбилась о бетон пола.

— Ах ты, ч-черт! — завопил я, подскакивая со стула и глядя на мокрое пятно на самом интересном месте моих штанов. — Мать твою так и этак…

Когда я хочу уйти от разговора, я могу сам себя превзойти. Пиво стекало со стола, по полу разлетелось битое стекло. Фарентино вскочил с места, одновременно и встревоженный, и разозленный.

— Да что это такое, вот несчастье безрукое! — ругал я сам себя. — И как меня только угораздило… Послушайте, я сейчас съезжу домой переодеться и тут же вернусь. Это всего…

— Нет-нет, не надо, — ответил Фарентино, уже отходя от стола. — Вы оставайтесь здесь, о'кей? Сейчас позову кого-нибудь прибрать…

С этими словами он повернулся и пошел к задней двери бара; две официантки уже побежали внутрь, скорее всего за полотенцами, веником и тряпкой.

На несколько драгоценных секунд я остался один в саду. Быстро схватив футляр с Дингбэтом, я открыл «молнию» (поперек нее была наклеена красная липкая лента, но сейчас было не до того) и вытряхнул ПТ на ладонь, одним глазом поглядывая на дверь.

Извлечь мини-диск из флоптического дисковода Дингбэта было секундным делом, и я быстро сунул дискету в карман, а Дингбэта — в футляр и застегнул футляр. Только я успел положить его на столик, как вместе с официанткой вернулся Фарентино.

Следующие несколько минут мы вытирали пиво бумажными полотенцами, а официантка заметала битое стекло. Я делал вид, что поглощен высушиванием штанов, и искоса поглядывал на стол. В обертке вещественного доказательства была небольшая щель, которую рано или поздно кто-нибудь заметит, но я уже буду далеко.

— О'кей, — сказал наконец Фарентино, когда все прибрали и официантка удалилась. — Случилось вот что…

— Говорите, говорите, — подбодрил его я, одновременно меняя позу так, чтобы он не мог смотреть одновременно на меня и на вещественные доказательства.

— Вскоре после того как появился Тьернан, в бар вошла дама, — продолжил он, понизив голос. — Чернокожая. Похоже, она нервничала. Очевидцы говорят, что они вместе вышли на балкон и долго разговаривали. Они, видимо, искали место, где бы их не подслушали. Тьернан поднимался, собираясь уходить, и в этот миг его застрелили…

— Как? — спросил я. Фарентино замешкался с ответом. — Это не был выстрел огнестрельного оружия, — продолжал я, восстанавливая виденную картину. — Если бы это было из винтовки или пистолета, у него мозги расплескались бы по всей комнате, но крови я не видел.

Фарентино с кислой миной согласился:

— Крови там не было. И выстрела никто не слышал. Свидетели говорят, что вдруг завопила женщина — и это все. Через секунду отъехал фургон, припаркованный на той стороне улицы; номера, естественно, никто не запомнил. Женщина сразу убежала, никто ее не успел остановить.

— Вы не ответили на вопрос, — сказал я. — Как погиб Джон?

— Кое-какие идеи у нас есть, — лапидарно ответил Фарентино. — Мы их проверяем.

— Потрясающе! Я просто ошеломлен.

— Да бросьте вы изгаляться, — огрызнулся Фарентино. — Не для протокола: я думаю, что это какое-то лазерное оружие. Помните пару лет назад Черного Джеди из Чикаго?

У меня по спине пробежал холодок. Конечно, я помнил: это тогда прогремело на всю страну. Маньяк-убийца — в письме в «Чикаго трибюн» он назвал себя Черным Джеди — прикончил семь наугад выбранных жертв из мощной лазерной винтовки. Когда ФБР и полиция штата Иллинойс наконец его выследили, Черный Джеди оказался старшеклассником из аристократического пригорода Чикаго. Самое же страшное было в том, что свою винтовку он построил по указаниям научно-популярного сборничка, который свободно продавался в книжных магазинах, а материалы закупал по каталогу. На самом деле федералы его и нашли потому, что прототип своей винтовки он показывал на какой-то выставке — там его «световая сабля» получила вторую премию.

— Так вы думаете, что это киллер-подражатель?

Фарентино пожал плечами:

— Это возможный вариант, мы пока еще не знаем. Вот все, что я могу вам сообщить. — Он наставил на меня палец. — Теперь ваша очередь.

— О'кей. — Я сложил руки на груди. — Он мне сказал, что ведет расследование убийства…

— Кого убили?

— Не знаю, — ответил я. И не соврал.

— Кто эта леди?

— Тоже не знаю.

Здесь соврал.

— Слушайте, Розен…

— Мне известно лишь, что он должен был с кем-то встретиться в восемь часов у Клэнси и это связано с материалом, над которым он работал. — Я пожал плечами, глядя на него честными глазами. — Вот что мне известно. Но я вам говорю, кто бы ни была эта дама, она не его любовница. Джон жену не обманывал. Это факт.