Астроном поднялся и стал одеваться.

– Да, пожалуй, этот вопрос посложнее небесной механики...

Ребята переглянулись.

– В чем-то вы правы. Но вместе с тем и все на свете перепутали. Разве пионерская организация желаниям вашим помеха? Идти своей, выбранной дорогой? Да пожалуйста, идите. Цель, которая стоит перед всеми пионерами, - вырасти сознательными и смелыми, трудолюбивыми и культурными людьми. Ее вы признаете? Никола кивнул, и Витька тоже кивнул.

– Хорошо. Но для того, чтобы стать сознательными, нужно научиться сознательно подходить ко всем явлениям в жизни страны, а до того - республики, города, района, своей школы и класса. Согласны?

И снова Никола покивал головой. Покивал следом за ним и Виктор.

– Чтобы быть смелыми и справедливыми, нужно закалять свою волю, не проходить мимо несправедливости. А разве не этому учит вас пионерская организация?.. Чтобы любить труд, им надо заниматься. А вы ноете по поводу сборов металлолома или школьных воскресников. И культура не прививается сама собой. Нужно много учиться, чтобы сегодня иметь право считаться культурным человеком. Это тоже задача пионерской организации. Так против чего же вы выступаете? Вернее - по поводу чего ворчите?.. Неинтересно в школе работа идет? А вы попробуйте, расскажите ребятам о том, что интересно вам. Может быть, и изменится что-нибудь. А брюзжать без точного знания того, что тебе хочется, - это сотрясение воздуха. Занятие бессмысленное. Ну ладно...
– Он потрепал склоненные головы.
– Я ведь не нотацию читаю. Просто мы спорили на равных. Вот я и резюмирую свое мнение. А теперь дуйте. Через три минуты отходит автобус в город. Кстати, если понадобится консультация... Я, конечно, имею в виду вопросы мироздания. Прошу, кабальерос. Не стесняйтесь. Адрес вы мой помните, надеюсь. И на любой вопрос - любой ответ, как говаривал мой друг Александр Сергеевич. Ну, пока...

Он подтолкнул приятелей рукой, и они побежали с холма, чтобы действительно успеть на отходящий автобус.

АКТ СПРАВЕДЛИВОСТИ

Солнце уже спряталось за знакомые крыши, когда Виктор и Никола подходили к переулку, ведущему к школе. Сначала оба собирались прямо домой, но как-то так получилось, что, выскочив из автобуса, не сговариваясь, повернули к школе. Переулок был пуст. Лишь у ворот соседнего со школой дома возилась и кричала группа мальчишек.

– Чего это они там?

– Айда посмотрим.

Оба припустили к воротам. Их заметили.

– Эй, Витька, давай сюда! Бей отличников!

В центре небольшой группы мелькнуло бледное знакомое лицо.

– Стой, Никола. Это Валерку Шустова ребята из шестого "в" лупят.

– Пятеро на одного?..

– Да брось. Тебе-то что. Ведь это Валерка...

Никола засопел и, нагнув голову, исподлобья взглянул на приятеля.

– Ну и иди. Кто тебя держит?..

Так и не уходил, видно, домой после линейки Валерка. Может быть, знал, что его поджидают... А может, просто дела задержали. Сейчас он стоял, прижавшись к стене дома, размазывая под носом кровь, перебегая испуганным взглядом по лицам окружавших его врагов. Зрачки его расширились, когда он увидел еще и Молчанова с Вервиным. Среди ребят Витька сразу узнал Котьку Седова из 7 "в" и Сюньку Штейнберга, лопоухого пацана, вечно ввязывающегося во всякие истории. Трое других были из параллельного класса.

– За что?
– Никола сунул руки в карманы и остановился возле ребят.

– За все. Может, он корешок твой, так и тебе...
– Сюнька отступил за широкую спину Седова.

– А что, завтра первый день каникул, с отличников приходится.
– Седов смеялся, разевая губастый рот. Он был здоровенным парнем, этот Котька, и не упускал случая похвалиться силой. Он подмигнул Витьке: - Валяй, Летун, врежь председателю, мы поддержим, не бойсь.

– У тебя с ним счеты?
– спросил Никола у Седова.

– У меня?
– удивился тот.
– Я свои счеты сам свожу, один на один.

– А здесь чьи же?

– А ты что за прокурор нашелся?
– закричал Штейнберг.
– Котька, дай ему по зубам, чтобы заткнулся.

Лицо Котьки побагровело. Но Никола быстро повернулся к Сюньке и, не давая опомниться его защитнику, спросил:

– А ты сам?

– Чего?

– Дай!

– Как?

– А вот так!
– и не размахиваясь, с силой двинул лопоухого под подбородок.
– Давай один на один. Ну?..

– Ты брось, Вервин, слышь?
– Голос Седого звучал хрипло, но неуверенно. В глубине души он понял, что выглядит в этой истории не с лучшей стороны и ему, как честному спортсмену, лучше бы не вмешиваться. Да только вот Штейнберг... Обещал.

– Котька! Чего он. На наших?

"Наших бьют" - магические слова. И вот уже ухо Николы сплющивается под ударом тяжелого кулака семиклассника. А следом и сам непобедимый Седов летит на асфальт от неожиданного толчка Витьки Молчанова. Витька уже забыл, что не хотел ввязываться, что лупят всего-навсего Валерку, а его дело сторона. То ли Николина решительность поставила все на свои места: пятеро на одного, то ли разговор возле радиотелескопа разбередил дремавшее чувство справедливости.

Сюнька Штейнберг, получив наконец то, о чем просил - по зубам, быстро покинул площадку. А Валерка - битый председатель - подобрал портфель и как следует треснул им парня из параллельного класса, потом пнул ногой второго и, присоединившись к Витьке, стал усердно выколачивать пыль из костюма Котьки Седова.

– Стойте, стойте!!!
– Никола с трудом оттащил разошедшихся ребят друг от друга.
– Опять двое, - он оглянулся, - нет, трое на одного?..

Он был прав. У ворот остались четверо, и из них - трое против одного,