— Что вы скрываете, Ребекка? — неожиданно спросил Брод. Одному богу известно, что произошло, подумал он устало. — Вы так расстроены…

— Да, расстроена. Я хочу уехать домой.

Неожиданно для нее Брод решительно возразил:

— Вы не ребенок. И у вас есть профессиональные обязательства. — Он сказал первое, что пришло ему в голову.

— Соберется вся ваша семья. Ваши друзья. Мне здесь не место.

Его глаза засверкали.

— Однако же здесь было совсем не плохое местечко, не так ли, Ребекка? Отец говорил вам, что влюблен в вас? — Брод во что бы то ни стало хотел узнать, что произошло.

— Какая теперь разница, Брод? — Ребекка отвернулась.

— Значит, говорил!

— Я вообще не помню, что он говорил, — попробовала уклониться она от ответа, хотя знала, что никогда не забудет ни слов Стюарта, ни жесткого выражения его окаменевшего лица.

— Не думайте, что сможете от меня отделаться таким образом. Даже не пытайтесь. Он был сильно увлечен вами. И вы это знали.

— Я это узнала не со слов.

— А как?..

— Ваш отец ни разу не прикоснулся ко мне, — еле слышно проговорила она, потрясенная выражением лица Брода.

— Ладно, успокойтесь. Но после каких-то его слов вы на бешеном галопе понеслись прочь.

— Именно тогда и случилась эта трагедия. Я не хочу больше об этом говорить, — глубоко вздохнула она.

— Дело в том, Ребекка, что наши действия имеют последствия. Посмотрите на меня и скажите прямо: у вас не было намерения добиться того, чтобы отец в вас влюбился? — Несмотря на спокойный тон, голос его звучал жестко.

— А какая вам теперь разница? — Ребекка вскочила и повернулась лицом к Броду, чувствуя всем своим существом, как сгущается сам воздух между ними. — Вы верите в то, во что хотите верить.

— Значит, вы отказываетесь от своих намерений, не так ли?

— Я не хочу ссориться с вами, Брод, — сказала она, не в силах противиться его магнетизму.

В ней проснулась женщина. Ее глаза вспыхнули неуемным желанием, и оно захватило их обоих.

— Тогда скажите мне, чего вы хотите? — резко спросил Брод, поглаживая большими пальцами ее тонкие ключицы.

— Я хочу забыть, что вообще встретила вас, — услышала она собственные слова. — Хочу забыть все это.

— Что — все это? — с нажимом спросил он. У него было такое чувство, будто она отнимает у него что-то. Его самообладание. — Я думал, вы решили во что бы то ни стало выйти замуж за одного из Кинроссов. Вам все равно, за которого из них?

При всем своем отвращении к насилию Ребекка замахнулась, чтобы ударить по этому красивому ненавистному лицу, но Брод перехватил ее руку. Его глаза опасно сверкали.

— Скажите мне, Ребекка, зачем вы сюда приехали? Да, конечно, биография Фи… Но когда вы решили, что здесь можно получить намного больше?

Она ощущала смятение, которое бушевало в нем и зажигало огонь в ее собственной крови.

— Давайте, отыграйтесь на мне, если вам станет от этого легче, — воскликнула Ребекка, пытаясь оттолкнуть его дрожащими руками. — Ненавижу вас!

— Ну да. — Брод прищурился. — Это мы уже видели. — Он с силой притянул к себе ее лицо и, наклонив голову, впился в ее губы.

Разрываемая сумятицей чувств, Ребекка пыталась сопротивляться.

— Вы сводите меня с ума, — пробормотал Брод, с трудом отрываясь от нее.

— Я уезжаю домой. — Невероятно, но она уткнулась головой ему в грудь. Должно быть, она просто не в себе. Но они так подходили друг другу физически, что Ребекка не знала, хватит ли у нее сил сопротивляться.

— Домой — это куда? — Он целовал ее шею, а она только вздрагивала от страсти.

— Подальше от вас. — От наплыва чувств у нее перехватило горло.

— В это невозможно поверить. — Он коротко рассмеялся, и в его смехе послышалось что-то, похожее на торжество. — Боже мой! Да я не верю и тому, что делаю сам. Что это — какой-то план или мы просто кусочки головоломки, которые складывает в некий узор судьба? Знаете ли вы, что это по желанию отца вы приехали сюда?

Она замерла в его объятиях.

— Что вы такое говорите, Брод?

— Он вам не говорил об этом? — Он поднял голову и посмотрел ей в глаза.

Теперь она Вновь почувствовала себя свободной.

— Мне жаль вас до слез, Брод. Из-за вашего тяжелого детства. Вы утратили способность доверять кому бы то ни было, правда?

— Я доверяю многим людям, но не цветку магнолии, столь белому и чистому. В вас слишком много тайны.

Бывает, что отношения рвутся, не успев начаться.

— Я возвращаюсь в дом, чтобы собрать вещи, сказала Ребекка. В ее взгляде было отвращение.

— Это вам не поможет. — Брод слегка пожал плечами. — Я клянусь не задавать вам слишком много трудных вопросов, но вы остаетесь, Ребекка, не заблуждайтесь на этот счет. Никто не посадит вас к себе в самолет без моего разрешения, а кроме того, у вас моральный долг перед моим отцом. Вы сами это признали, так что должны присутствовать на его похоронах.