Лаборатория была пуста - если не считать резервуара с декабрахом.

Вода была мутно-голубоватого цвета. Декабрах метался от стенки к стенке, щупальца дергались и изгибались.

Вскочив на стол, Флечер окунулся в резервуар и поднял извивающееся тело, но гибкий декабрах, вывернувшись, плюхнулся обратно. Флечер схватил его снова, застонав от отчаяния, и наконец вытащил животное из резервуара.

– Держи, Мэрфи, - процедил он сквозь зубы.
– Клади на стол.

В лабораторию ворвался Деймон.

– Что происходит?

– Яд, - ответил Флечер.
– Помоги Мэрфи. Деймон с Мэрфи вдвоем уложили декабраха на стол.

– Отходи, залью!
– рявкнул Флечер. Он вытащил пробки из стенок резервуара, и вода струями хлынула на пол. У Флечера защипало кожу.

– Кислота! Деймон, возьми ведро и обливай декабраха, не давай ему высохнуть.

Насос продолжал работать; в резервуар поступала свежая океанская вода. Флечер сорвал с себя пропитанную кислотным раствором одежду, быстро окатился из шланга и направил струю в резервуар, смывая остатки кислоты.

Декабрах безжизненно лежал на столе, только плавники конвульсивно подергивались. Флечер вдруг сник, к горлу подступила тошнота.

– Может, удастся нейтрализовать кислоту, - сказал он Деймону. Попробуй карбонат натрия.
– Внезапно вспомнив о Кристале, он обернулся к Мэрфи.
– Надо схватить его. Иначе уйдет.

Как раз в этот момент Кристаль преспокойно вошел в лабораторию. Оглядевшись по сторонам с немного удивленным видом, он вскочил на стул, чтобы не промочить ноги.

– Что тут происходит?

– Сейчас узнаешь, - мрачно проговорил Флечер, а тут же предупредил Мэрфи:

– Не выпускай его.

– Убийца!
– крикнул Деймон дрожащим от горечи и волнения голосом.

Кристаль удивленно вскинул брови.

– Убийца?

Бевингтон перевел взгляд с Флечера на Кристалл, затем на Деймона.

– Убийца? Что все это значит?

– Что значит "убийство"?
– переспросил Флечер.
– В кодексе сказано: сознательное и намеренное уничтожение разумного существа.

Окончательно отмыв резервуар от кислоты, он заткнул пробки. Уровень свежей воды стал медленно подниматься.

– Тащите декабраха назад, - велел Флечер. Деймон безнадежно покачал головой.

– Ему конец. Он не шевелится.

– Попробуем, - настаивал Флечер.

– Кристалл бы туда к нему,- снова взорвался Деймон. Он выглядел совершенно убитым.

– Ну, ну, успокойтесь, - одернул его Бевингтон.
– Не будем говорить в таком тоне. Я пока не понимаю, в чем дело, но ваши разговоры мне совсем не по душе.

Кристаль держался так, словно происходящее не только не касалось его, но даже забавляло.

Декабраха подняли и перенесли в резервуар. Дубина была около шести дюймов; Флечеру казалось, что вода набирается слишком медленно.

– Кислород, - скомандовал он. Деймон бросился к локеру. Флечер взглянул на Кристалл.
– Значит, не понимаешь, о чем речь?

– Ну, сдохла рыбка в аквариуме. А я тут при чем?

Деймон передал Флечеру трубку от кислородной подушки; Флечер погрузил ее в воду и поднес к жабрам декабраха. Вверх побежали пузырьки кислорода. Флечер стал рукой подгонять воду к жаберным щелям. Глубина достигла девяти дюймов.

– Карбонат натрия, - бросил Флечер через плечо.
– Хватит. Кислоты, наверно, не так много осталось. Бевингтон неуверенно спросил:

– Он будет жить?

– Не знаю.

Бевингтон искоса взглянул на Кристаля, тот покачал головой.
– Я тут ни при чем.

Вода прибывала. Растопыренные во все стороны, словно волосы Медузы Горгоны, щупальца оставались безжизненными.

Флечер вытер пот со лба.

– Знать бы, что надо делать! Не дашь ведь ему бренди: вдруг отравится?

Щупальца вдруг ожили, стали вытягиваться.

– Ну вот, уже лучше, - облегченно вздохнул Флечер. Он кивком подозвал Деймона.
– Джин, возьми-ка, подержи. Надо, чтоб кислород шел ему под жабры.
– Он соскочил на пол, где было полно воды: Мэрфи делал уборку, выливая ведро за ведром.

Кристаль очень серьезно что-то объяснял Бевингтону.

– Последние три недели я провел в страхе за свою жизнь. Флечер совершенно ненормальный. Надо бы врача сюда вызвать. Психиатра.
– Поймав взгляд Флечера, Кристаль замолчал. Флечер медленно приближался к ним. Кристаль снова посмотрел на инспектора; на лице Бевингтона появилось беспокойство, ему явно было не по себе.