Иванка улыбнулся: уж больно потешны гости заморские. В париках и камзолах, в коротких портках, на ногах чулки и башмаки.

– Ну и портки!
– заливался Васюта.
– Срамотища.

Спустились к берегу и неторопливо побрели вдоль Волги, приглядываясь к купцам.

"Кто ж из них в Астрахань пойдет? Да и возьмет ли?" - думал Болотников.

Останавливались у каждого судна, спрашивали, но купцы и приказчики были неразговорчивы, гнали прочь.

Один из купцов дозволил разгрузить трюм, но с собой брать не захотел.

– Не ведаю вас, ступайте.

– А ежели без денег?
– спросил Болотников.

– Как это без денег?
– вскинул кустистые брови купец.

– Да так. Возьми нас гребцами или работными - кули таскать. Мы хоть до Хвалынского моря пойдем, а денег не спросим. Охота нам Русь поглядеть.

– Кули таскать?.. Без денег?
– купчина ехидно прищурил глаза. Воровать замыслили? Товар пограбить, а меня в воду? А ну проваливай! Стрельцов кликну!

– Чего шумишь, Еремей Митрич? Рыбу испугаешь, - весело произнес шедший мимо купец в суконном кафтане нараспашку.

– Да вот, кажись, лихие, - мотнул бородой на парией Еремей Митрич.

Купец глянул на Болотникова и нахмурился.

– Чего ж проманул, ростовец? Не ко мне ль снаряжался?

Перед Иванкой стоял знакомый купец с озера Неро.

– Прости, Мефодий Кузьмин. Содруг мой в тот день затерялся. А без него уйти не мог.

– А как здесь очутился?

– Здесь?
– почесал затылок Иванка, и в глазах его запала смешинка. Так тебя ж искал, Мефодий Кузьмич. Мекал, ждать меня будешь. Куда ж тебе в Астрахань без ярыжек?

– Задорный ты, - ухмыльнулся купец.
– А товар мой не пограбишь? Вишь, Еремей-то Митрич опасается.

– Коль крепко стеречь будешь - не пограблю, - все с той же смешинкой ответил Болотников.

– У-ух, задорный... И содруг твой экий?

– Так ведь из одного горшка щи хлебаем. Бери, Мефодий Кузьмич, не пожалеешь.

Купец увесисто хлопнул Иванку по плечу.

– Беру, прокудник! И друга твоего. Идем к насаду.

Пока шли до судна, Иванка обрадовано поглядывал на Волгу.

"Вот уж не гадал, не ведал. Знать, сам бог нам Мефодия Кузьмича послал. И купец, кажись, веселый".

Мефодий же Кузьмич, как потом прознал Болотников, три дня простоял в Ярославле из-за своих торговых дел. Половину товара он выгодно сбыл на городском торгу, а затем пошел с мошной на Английское подворье. Закупил нового товару и теперь грузил его на судно. Рано утром насад должен был отправиться в дальний путь.

Управились быстро: еще дотемна заполнили трюм бочками и кулями. Мефодий Кузьмич молвил:

– Покуда погуляйте, молодцы. Да, смотрите, в кабаке не упейтесь. Питухи мне не надобны.

– Да мы ж по единой, с устатку, - подмигнул ватаге рослый крутоплечий ярыга.

– Ведаю тебя, Игоська. Лишь бы до ковша добраться.

– Да клянусь богом - по единой!
– перекрестился Игоська.

– Не клянись. Бога ты давно закинул. Лучше мне, Мефодию Кузьмичу, слово дай.

– А, може, без слова, а?
– поскучнел Игоська.

– Тогда сиди в насаде.

Игоська тяжко вздохнул, кисло посмотрел на ватагу.

– Быть по-твоему, Мефодий Кузьмич.

– Ну то-то. Гуляй, молодцы.

Ярыжки поплелись в гору. Иванка поглядел вслед, вспомнил про деда Лапотка и ступил к Мефодию Кузьмичу.

– И нам можно?

– Отчего ж нельзя, ступайте. Но уговор тот же - питухов на судне не держу, - глаза купца были строгими.

– Попрощаться нам надо. Сюда с калинами брели, - признался Болотников.

– То дело доброе, идите.

Иванка и Васюта догнали артель, Игоська оценивающе глянул на обоих, спросил:

– Никак, с нами пойдете?

– С вами.

– И далече?

– А пока купец не выгонит,

– Купец?
– сузил глаза Игоська.
– А ведаешь ли ты, паря, что на Волге не купец, артель верховодит? Не ведаешь. Так вот мотай на ус. Купец на воде никто, клоп в углу. Он един середь нас, и ежели артели будет не слюбен тут ему и хана. В куль - и в воду. Волга, брат.

– Выходит, рисковый мужик Мефодий Кузьмич.

– Без риску купца не бывает.

Поднялись к крепости. Через Волжские ворота прошли в Рубленый город; потолкались по торговым рядам, выпили сбитня и свернули на Ильинку.