— Могу я помочь? — спросила она, останавливаясь на пороге.

Маг отрицательно покачал головой:

— Это довольно опасно, я не хочу подвергать тебя риску.

— Понимаю. Всего хорошего, Шин Бардоу.

— До встречи.

Когда она ушла, Бардоу захлопнул и запер дверь, потом кинулся к окну и закрыл его, задернув одеялом. Потом он подошел к столу и убрал книгу. Сфера пульсировала, ее бледную поверхность сотрясали вибрации. Бардоу снова начал Песнь Связывания, ожидая, что противоборствующие силы вот-вот сорвут с себя путы первой Песни.

Шли секунды. Воск стекал со стоящей на столе свечи и разливался лужицей. Бардоу облизнул пересохшие губы и моргнул больными от напряжения глазами. В сфере что-то хрустнуло, и пламя свечи резко метнулось в сторону. Серебряные вихри внутри шара набирали обороты, разрастаясь. Он начал еще одну Песнь Связывания для готовых высвободиться заклятий, и через миг сфера, сейчас уже размером с его голову, прекратила расти. Ее поверхность превратилась в движущуюся зеркальную мозаику. Он увидел тысячи раз отраженное в ее кусочках собственное лицо, прежде чем крошечные зеркала превратились в абсолютно черную поверхность.

Готово. Продолжая повторять Песнь Связывания, он начал Песнь Крыла Духа. И усилил свою концентрацию, сфокусировав сознание в воображаемой точке на гладкой поверхности шара. Окружающие его предметы стали бледнеть и исчезать, по мере того как Песнь Крыла захватывала и наполняла его сознание. Исчезло все, кроме черного шара, и внезапно маг оказался летящим в мертвой пустоте, падая сквозь непроглядную ночь. В этом Промежуточном Пространстве было холодно, холод старался поймать его, связать и подчинить его волю. Но Бардоу сопротивлялся, призывая на помощь тепло живущих в нем воспоминаний.

«Таврик, — внезапно подумал он посреди своего полета. — Хочу увидеть Таврика».

Крыло Духа повернулось, непроглядная тьма приобрела угрожающий серый оттенок. Он начал опускаться по грозовому небу через огромные скопления облаков, завесу тумана и дождя. Облака расступились, и в серой дымке он заметил тянущиеся под ним горы, поросшие лесом. Через миг он узнал в них северные отроги Бахрузских гор, которые простирались в сторону Великой равнины в Рохарке. Потом Крыло развернуло вправо, его пронесло мимо высоких пиков на юг, к обширному лесу Фаладора.

Движение замедлилось над верхушками деревьев в южной части леса, недалеко от берега озера Орним. Потом Крыло потащило его вниз через ветки деревьев, ловко лавируя между ними. Откуда-то пришел звук капающей воды, но Бардоу не чувствовал и не видел ничего, кроме странного спокойствия и сосредоточенности на своей цели.

Сквозь сумрак пробивался свет факелов и костров, показалась поляна с контурами палаток на ней, рядом паслись стреноженные лошади, у костра виднелись силуэты. Он подвинулся ближе, скользя под кронами деревьев, и увидел Таврика, сидящего напротив Коделя. Здоровой рукой Таврик ловил камешки, которые бросал ему Кодель.

Камешки падали слева, справа, они летели высоко и низко, все быстрее и быстрее, пока наконец Таврик не смог поймать один из них. Он засмеялся, Кодель засмеялся вместе с ним. Внезапно Кодель умолк и повернул голову, прислушиваясь к шуму деревьев и пристально вглядываясь в то место, где маг устроил свой наблюдательный пункт. Бардоу невольно улыбнулся. Пусть у Таврика нет магических способностей его предков, зато они, кажется, присутствуют у Коделя.

Почувствовав желание хозяина, Крыло убралось с поляны. Бардоу внезапно осознал, что он не увидел здесь ни Химбера, ни Пирисы, ни брата Командующего, Койрега. А у пары-тройки людей Коделя на руках и головах были свежие повязки. Что это: нападение, засада? Он представил лицо Химбера: ничего не произошло, проделал то же самое с Пирисой. Крыло не двигалось, что могло означать только одно — они оба мертвы.

Тогда он подумал о Койреге, и его взгляд переместился сквозь листву, дымы костров и ткань палатки. Когда он снова сфокусировал зрение, то был уже внутри палатки и разглядывал Койрега с потолка. Койрег Мазарет спал, его руки и ноги были связаны, на лице виднелись синяки и ссадины. Бардоу ощутил беспокойство. Что сделал брат Икарно, что оказался в таком жалком положении?

«Но мальчик в порядке, — подумал он. — И Кодель, кажется, подружился с ним, что очень даже неплохо».

Маг помедлил, чтобы заглянуть внутрь связывающего заклинания. Все было хорошо, Песнь звучала у него в голове, хотя рано или поздно ее действие прекратится, и к тому моменту он должен будет оказаться в своем теле. Если, конечно, в его планы не входит вечно блуждать по Промежуточному Пространству.

«Сувьель Хантика», — пришла к нему четкая мысль.

Все картинки померкли и разбежались в стороны, Крыло взмыло и повлекло его через тьму, уверенно и настойчиво. Холод опять начал проникать в тело, заставляя чувствовать неуверенность и волнение. Но он снова призвал на помощь все, что любил, людей и родные места, прошлое и настоящее, и у него получилось. Тьма расступилась, показались освещенные ярким солнцем горы. Крыло влекло его на север, довольно низко, так что он смог разглядеть белых коз, пасущихся на склонах и выкапывающих из-под снега корешки и траву. Потом горы уступили место долине с развалинами древней цитадели.