– А как насчет омлета? Мне говорили, что я готовлю очень даже неплохой омлет!

– Ну если только из десяти яиц… А кто это говорил комплименты твоим кулинарным способностям? – В голосе Маркиза зазвучали ревнивые собственнические нотки.

– Все вы, мужчины, одинаковы – ревнивые прожорливые деспоты! – строго заключила Анна. – Будешь как миленький лопать, что дадут. – И она выскользнула из кровати, накинула на голое тело коротенький полупрозрачный халатик и отправилась на кухню.

Через минуту Леня притащился следом за ней и с живейшим интересом стал наблюдать за процессом приготовления пищи.

Понаблюдав так несколько минут, он вскочил и набросился на Анну, прижав ее к кухонному столу.

– Ты с ума сошел! – Она пыталась отбиваться. – У меня же нож в руке! И омлет сгорит!

– Черт с ним, с омлетом, – прорычал Маркиз, торопливо расчищая стол и укладывая на него свою смуглую возлюбленную, – незачем было этот халат надевать, он слишком сексуальный! В нем ты меня еще больше возбуждаешь, чем совсем без одежды!

Омлет, конечно, подгорел, но они съели его с завидным аппетитом, запивая холодным пивом из холодильника. Покончив с трапезой, Анна удовлетворенно отвалилась от стола и мурлыкнула, как сытая кошка:

– Ур-р! Больше не могу. А что – ты и правда пишешь про Ильина-Остроградского или это был только повод для того, чтобы забраться в постель к порядочной девушке?

– Это ты-то порядочная девушка? – рассмеялся Маркиз. – Порядочные девушки не обедают в голом виде с малознакомыми мужчинами. И порядочные девушки не умеют выделывать в постели все те восхитительные штучки…

– Не заводись по новой! – в непритворном ужасе воскликнула Анна. – Я ведь сказала – больше не могу! Ничего не могу. Я тебя спросила про Ильина-Остроградского…

– Это было соединением приятного с полезным, – признался Леня, – и про путешественника разузнать, и с тобой познакомиться.

– Ну да – это теперь называется «познакомиться». А насчет соединения приятного и полезного тоже все понятно: узнать какой-нибудь интересный исторический случай столетней давности очень приятно, а секс, как известно, полезен для здоровья…

– Ну вот видишь, как ты все замечательно понимаешь! – рассмеялся Маркиз. – Так что ты знаешь о покойном профессоре?

– Помнишь, была когда-то такая передача – «Спрашивайте – отвечаем»? Так вот, задавай вопросы – что тебя интересует?

– Для начала я хотел бы узнать такую вещь. На доме, где жил Ильин-Остроградский, висит мемориальная доска, где сказано, что он там проживал по 1912-й год. Но в энциклопедии указаны годы его жизни – он умер только в четырнадцатом году… Как же это понимать? Последние два года своей жизни почтенный профессор бомжевал?

– Почти! – Анна рассмеялась, но потом посерьезнела: – Ильин-Остроградский умер действительно в тысяча девятьсот четырнадцатом году, но умер он не у себя дома и вообще не в России. Лев Михайлович умер в своей последней экспедиции, в Африке, в походном шатре, под звездным небом Абиссинии…

– То есть в Эфиопии, по-теперешнему, – ввернул Маркиз, продемонстрировав некоторые познания в географии.

Анна кивнула и продолжила:

– Он вообще очень много раз бывал в Абиссинии, и подолгу… Абиссинский негус, как там называли императора, часто принимал его. В последнее время обнаружены документы, благодаря которым стало известно, что большинство ученых-путешественников, помимо своих научных исследований, выполняли в дальних краях кое-какие секретные поручения…

– Серьезно? – воскликнул Маркиз в искреннем изумлении. – Чьи же поручения?

– Правительственные… Нечему удивляться, это практиковалось издавна, еще в семнадцатом и восемнадцатом веке любому русскому путешественнику, отправлявшемуся за границу, власти поручали кое-что разузнать, кое-что разведать в дальних странах… Впрочем, так было принято не только в России, но и в Англии, Германии, да и в других странах. А иначе кто финансировал бы далекие дорогостоящие поездки? Даже такие знаменитые исследователи, как Пржевальский, Миклухо-Маклай…

– Миклухо-Маклай? – Леня был просто поражен.

– Да, достоверно известно, что Миклухо-Маклай выполнял секретные поручения российского правительства.

– Но ведь он жил у папуасов… Для кого они могут представлять интерес? Ни нефти, ни золота там, кажется, нет, да если бы и были – не добывать же их на другом краю света…

– Папуасы живут в Новой Гвинее, а Новая Гвинея расположена на очень важных морских путях, и у англичан там были весьма значительные стратегические и торговые интересы. А Миклухо-Маклай нанес по их позициям очень существенный урон…