– Как полярный волк! – весело подтвердил Леня и резво побежал в ванную мыть руки.

«Не накормила, значит, – ехидно подумала Лола, – еще и готовить не умеет, стерва…»

– Ну, что у нас на обед? – оживленно спросил Маркиз, входя в кухню и радостно потирая руки. – Чувствую по запаху, что это что-то необыкновенное! Я не говорил тебе, что ты за последнее время научилась отлично готовить? Просто-таки балуешь меня разносолами!

Неизвестно, что послужило последней каплей, – Ленькин фальшиво-радостный тон или мысль, что в то время, пока Лола как домашняя рабыня стоит у плиты, этот негодяй развлекается за ее спиной с бабами, но курица, вытащенная из духовки, полетела прямехонько Маркизу в голову.

Только многолетние тренировки помогли Лене увернуться в самую последнюю минуту, и курица, ударившись о стену, с отвратительным грохотом шлепнулась на пол. Попугай Перришон, до того тихонько сидевший на холодильнике, приоткрыл глаза и вытянул шею – он очень удивился, что в квартире летает еще какая-то птица кроме него.

– Лола, ты что, сдурела? – заорал Маркиз. – Что случилось? Что это на тебя нашло?

– Он еще спрашивает! – заорала Лола в ответ. – Он еще удивляется! Где ты шлялся весь день?

– Где-где! В Географическом обществе! – по инерции громко ответил Маркиз, но в голосе его не было уверенности.

Впрочем, Лоле и не нужны были никакие его оправдания, она все прекрасно поняла. Ей не нужно было представлять себя Катариной из «Укрощения строптивой», Лола и так полна была праведного и справедливого гнева. Виданное ли дело – ее он отправил слушать бредни выжившей из ума старухи (в гневе Лола была несправедлива к бедной Елизавете Константиновне, ведь она сама буквально несколько часов назад отметила, что старуха непротивная и достаточно рассудительна), а сам в это время развлекался на всю катушку!

– Ну-ну, и где же это ты, интересно, в этом самом Географическом обществе нашел себе бабу? Или они там совсем уже обеднели и сдали свое помещение под бордель?

Маркиз подумал, что Лола недалека от истины в том смысле, что если бы Географическое общество вместо целителя сдало бы помещение средней руки борделю, было бы больше пользы. Вместо отвратительных теток, со вкусом рассказывающих о собственном геморрое, по актовому залу слонялись бы девицы в соблазнительном неглиже… Но некогда было расслабляться, и Маркиз сделал самое свое честное лицо и прижал руки к сердцу:

– Да с чего ты взяла, что я был с бабой? Что это на тебя нашло сегодня? Может, это последствия гриппа?

Лола молча схватила тесак для мяса и двинулась к Лене, сурово сдвинув аккуратно выщипанные брови.

– Ну тихо, тихо, что это еще за фокусы? – пробормотал Леня, отступая. – Лола, мы же с тобой сто лет знаем друг друга!

– И поэтому ты решил, что можешь меня так просто обмануть? – прошипела Лола. – Да от тебя за версту несет французскими духами и американскими презервативами! О том, что ты никуда не ходил, а трахался весь день, я узнала, когда ты был еще в лифте!

– А вот тут ты ошибаешься! – заявил Леня, слегка приободрившись. – Я, милая моя, все успеваю: и дело сделать, и удовольствие получить. И, между прочим, выяснил множество интересных вещей. Она, знаешь, оказалась весьма осведомленной дамой. Много полезного рассказала!

– И кто же она такая? Замшелая географиня с бюстом, напоминающим два глобуса, на который вместо лифчика она надевает чехлы от самолета? – саркастически произнесла Лола. – И вместо ковра у нее на стенке висит карта бывшего Советского Союза?

– А вот и нет! – обиделся Леня. – Конечно, для пользы дела я могу себя заставить пожать лапу медведице или что там полагается сделать по тому старому анекдоту, но в этот раз мне не пришлось себя насиловать. Географиня попалась очень даже ничего себе…

Тут он поспешно выскочил в коридор, потому что Лола замахнулась на него тесаком.

Она метнулась за ним следом, но Леня ловко перехватил ее руку, и тесак выпал на пол.

– Пусти! – морщилась Лола. – Руке больно…

– И не подумаю! – невозмутимо ответил ее компаньон. – Лолка, ты что это себе позволяешь? Этак можно человека убить!

– И убью когда-нибудь, – прошипела Лола, – потому что все мои неприятности из-за тебя.

– Ну уж! – позволил себе усомниться Леня, за что получил весьма болезненный удар под коленку. Он стиснул зубы и промолчал, сделав вид, что ему ни капельки не больно.

– Да конечно! Из-за тебя мне пришлось бросить сцену! А даже ты признаешь, что у меня талант. Я могла бы стать второй Ермоловой!