– Ну, ствол можно и потерять, – отмахнулся от меня Брюнет. – Особенно, если вовремя подать соответствующее заявление. Скажем, вчерашним днем. Неприятности, конечно, но решаемые. А вот если мы с тобой не договоримся, тогда твой ствол с твоими же пальчиками, с этими фотографиями и живым свидетелем – просто прямая путевка на зону! Есть и второй свидетель, правда, косвенный, – таксист, что привез вас к дому. А если еще и пресса постарается преподнести все как нужно – ну!.. Знакомства твои вряд ли помогут. Да и, кстати сказать, не у тебя они одной есть.

Нагло лыбясь, бандит, не закончив мысль, просто красноречиво развел руками.

– Почему я была голая? Что, не хватило времени насмотреться на меня у Блина дома?

– Хм, да тебя никто и не одевал! – неожиданно рассмеялся он и поскреб подбородок. – Просто завернули в простыню и привезли сюда. Некогда было. От твоей пальбы ужасный шум был. Соседка тут же по батарее стучать начала. Того и гляди милицию вызовут. Нужно было срочно спасать тебя. Так что – извини.

«В морге ты у меня извиняться будешь, ублюдок!» – неожиданно холодно, но тем не менее яростно подумала я.

– Что тебе от меня нужно? – как можно спокойнее спросила я.

– Вот это деловой разговор! – Брюнету явно понравилось мое начинание.

Считая, что договоренность достигнута, он предложил:

– Давай за стол, и спокойно поговорим. Разговор будет длинный.

– Скажи, нужно ли, чтоб я еще кого-нибудь убила? – прежде чем выйти из комнаты, так, навскидку, поинтересовалась я.

– Ну, что ты! Для подобной фигни нашли бы кого другого, да еще без хлопот! От тебя совсем не то нужно. Тебе лучше присесть, прежде чем я скажу. А то, боюсь, упадешь!

«Что же это может быть?..» – несмотря на весь кошмар положения, я заинтриговалась его словами.

– Готова? – почти весело спросил он, когда мы оказались на кухне, и я присела на табурет у холодильника, старенького «Мира», скорее всего, ровесника квартиры. Я молча уставилась на бандита, показывая всем видом, что готова выслушать приговор.

– Нам нужно, чтобы ты провела расследование и нашла настоящего убийцу Кушинского. Но главное: ты должна найти то, что он забрал из его квартиры. Причем максимум за неделю. И отдать это мне. Потом все – у нас с тобой расход. Получаешь негативы, необходимую помощь с нашей стороны и десять штук баксов.

– Это ты серьезно? – не веря ушам, пролепетала я.

– Абсолютно, – подтвердил Брюнет.

Я начала хохотать. Смех просто рвался из меня. Мне сунули очередную банку с пивом, я пыталась его пить, но смех мешал. Уже ручьем слезы текли по щекам, а последние всхлипы все вырывались из меня.

– Слушай, а зачем тебе нужна была эта подстава с убийством? Нельзя было просто так договориться?

На смену упадку, почти полному бессилию в душу хлынула злоба. Неистовая, неукротимая. Казалось, еще момент, и я не сдержусь и придушу Брюнета своими руками.

– Нельзя было, Татьяна Александровна. Кроме того, что я вам вынужден буду рассказать немало интересного, человек, на которого вы в данный момент работаете, совсем не заинтересован в том, чтобы, скажем, вдруг по окончании дела вы пошли в милицию, к своим друзьям, и исповедовались там.

– Исповедоваться я хожу в другое место, – сухо заметила я.

– И все же ситуации бывают разные, – не согласился со мной Брюнет. – Чтобы и мысли такой не возникло, пришлось прибегнуть к крайней мере. Кстати, вы сами мне ее подсказали.

– Как это? – прищурилась я на него.

– Ну, об этом как-нибудь потом, – не стал откровенничать бандит. – О деле есть еще что спросить?

– Есть, – немного поразмыслив, согласилась я, – только мне часочка два нужно, немного в порядок себя привести. Я понимаю, что время не ждет. Но работаю я головой, а она…

Гримаса должна была показать Брюнету то, что я не договорила словами.

– Татьяна Александровна, все, что скажете! – широко развел руками мой собеседник, делая лицо радушного хозяина. – Вы у нас буквально на вес золота. Потому сауна, массаж – только скажите!

– Хватит с меня и душа, только в своей квартире.

Я чуть отодвинула занавеску и выглянула во двор. Так и есть – незнакомая «Мазда» нагло оккупировала «стоянку» дедка из соседнего подъезда. Там, куда они сейчас встали, обычно сосед с сыном ставили машину – старенькую «пятерку». Но сегодня на их месте торчала серебристая иномарка и уезжать явно не собиралась. По крайней мере, с полчаса назад она появилась, и никто, насколько я успела заметить, не покидал ее салона и не подходил к ней.