– Во первых, я сейчас буду задавать вопросы, а ты на них честно отвечать. Повторю: честно! А уж от нашей беседы будет зависеть, что я с тобой сделаю дальше!

– Ну, спрашивай!

Я в который раз поразилась совершенной наглости этого человека. Ему бы молить меня о пощаде, клясться и божиться, что он только исполнял волю Брюнета, а он: «Ну, спрашивай», и пиво себе потягивает!

– Ты убил Кушинского?

– Я еще в прошлый раз сказал, что не я, – пожал плечами музыкант. Тут же добавил: – Если ты спросишь, знаю ли я, кто это сделал, то тоже нет. Если бы мы знали, то не нужно было бы затевать всю эту галиматью!

В его словах была железная логика.

– Хорошо, кроме известных мне людей, был ли кто, кто мог быть заинтересован в смерти Владимира Львовича?

– Татьяна Александровна! – Блин не выдержал, хлопнул себя по коленке и рассмеялся: – Ты что думаешь, что Брюнет или я – дети? Да если бы у нас хоть какие-то наметки были бы, на фиг ТЫ нам нужна была бы! Женька просто объяснил бы тебе, что для тебя участие в этом деле закончилось, – я думаю, он сумел это бы сделать! ТЕБЯ припрягли только из-за того, что ты по уши залезла в эту историю и могла знать то, чего не знали ни я, ни он.

Спрашивать больше было не о чем.

– Адрес Брюнета!

– Пожалуйста, – пожал плечами он и сказал адрес.

– Твой мобильник!

Блин отдал то, что я потребовала.

– Сиди в этом клоповнике, – приказала я, – и без моей команды носа не смей высовывать! Иначе я тебя на самом деле убью!

Он также молча пожал плечами и вытащил из холодильника следующую бутылку пива.

О чем я буду разговаривать с Брюнетом, я тоже не знала. Просто это была минута моего торжества – тот момент, когда я опять из дичи превратилась в охотника. Ну и во-вторых, нужно было забрать свой ствол – нечего ему валяться у кого попало.

– Поговорила? – слабо улыбнулся Седов.

– Еще не до конца, оставила на потом, – мрачно отозвалась я.

– Живой хоть?

– Живее некуда.

– Я так понимаю, машинами можно обратно меняться?

– Вполне, – согласилась я с ним.

Они с сержантом сели в «Опель», я – в «девятку».

Мы выехали на одну из главных улиц города и покатили в общем потоке вдоль Волги. Для того чтобы добраться до Заводского района, нам понадобилось около получаса.

– А ты уверена, что он дома? – поинтересовался Седов, когда мы остановились у дома, указанного мне Блином.

Ответить я не успела, поскольку в разговор вмешался сержант:

– Сдается, не мы первые, – он кивнул в сторону подъезда.

У подъезда стоял милицейский «газик».

– Может, не по нашему грешнику, – буркнул Виктор.

Я не стала гадать, а двинулась к подъезду. Остальные последовали за мной. Интуиция подсказывала, что сюрпризы на сегодня еще не закончились. Действительно, около нужной двери нас ждал участковый, который с непонимающим видом уставился на нашу троицу. Виктор предъявил свое удостоверение, и участковый стал не понимать еще больше.

– А вы?..

Это все, что он нам сказал, внимательно рассмотрев удостоверение сотрудника милиции Седова.

– Так, старшой, давай не будем гадать, – не стал тянуть ситуацию Виктор. – Я объясню первый: по нашим данным, за этой дверью живет Евгений Олегович Стуков, известный так же как Брюнет. Мы пришли по его душу. Он у нас, кажется, по одному делу проходит.

– А нам в участок жильцы дома позвонили. Точнее, соседи указанного вами гражданина позвонили в опорный пункт по поводу оружейной стрельбы по указанному адресу!

Отрапортовав, участковый вновь почувствовал свою значимость и непоколебимую уверенность в «правильности присутствия по указанному адресу».

– Ну и что? – полюбопытствовал Виктор.

– Не открывает никто, – развел руками участковый.

Чтобы проверить справедливость его слов, я вдавила кнопку звонка. Тишина была мне ответом.

– Что делать-то будем? – это опять проявил инициативу Седов.

– Сейчас, – я достала сотовый и набрала номер Брюнета. Подождала, затем объявила всем:

– Трубка включена, но ее никто не берет.

Мы, как по команде, все вчетвером уставились на «тайзеровскую» металлическую дверь.

«Н-да, такую пинком не откроешь!» – подумала я.

Участковый почесал голову и позвонил в дверь по соседству. Там словно того и ждали. Дверь открылась, и появилась хитрая женская мордашка. Женщину можно было бы назвать симпатичной, если бы она перестала близоруко щуриться и совершенно ни к чему так ехидненько улыбаться.

– Здравствуйте, милиция! – строго объявил участковый. – Это вы нам звонили?