Он молча вскарабкался на козлы. Я повторил вопрос. Он буркнул что-то себе под нос, взмахнул вожжами и укатил прочь.

Перед нами лежала длинная унылая улица с обшарпанными домами, освещенная всего одним масляным фонарем, который помещался в середине. Мы стояли у края дороги и испуганно глядели друг на друга: никогда прежде мы не оказывались в такой поздний час в чужом месте.

— Где мы? — спросила матушка.

— Не знаю.

Она задрожала.

— Ох, Джонни, что с нами будет?

— Пойдем. Все не так плохо. Мы сумели убежать. Никто не знает, где мы.

— Даже мы сами. — Меня напугал ее смех, но еще больше я испугался, когда он перешел в рыдания.

Я обнял матушку за плечи.

— Утро вечера мудренее. Теперь нам нужно найти, где переночевать.

Солнце садилось, холодало. Матушка была в уличной одежде, но я выбежал из дома без верхнего сюртука и шляпы.

— У нас хватит денег, чтобы снять ночлег, — сказал я. — Но нужно узнать, куда нас занесло.

Я обратился с вопросом к приличному на вид работяге, который проходил мимо.

— Это Смиффл, — отозвался он.

То же слово, как я вспомнил, бормотал и извозчик, и еще я видел что-то подобное на своей карте.

— Поблизости от Коулман-стрит?

— В двух шагах. — Он указал, как туда пройти.

— Слышала, мама?

— Нет, — глухо отозвалась она.

— Мы в Смитфилде, значит, совсем рядом с улицей, где живет мисс Квиллиам, то есть жила. Пойдем-ка туда.

Она молчала, и, поняв, что нужно брать дело в свои руки, я повел ее туда, куда указал встречный.

Уже вечером мы добрались до нужной улицы и позвонили в колокольчик у двери дома номер 26, высокого угрюмого здания, соседи которого, казалось, поглядывали друг на Друга искоса, с неприязнью, прикрытой хорошим воспитанием.

Узнав от служанки, что имя мисс Квиллиам здесь неизвестно, матушка судорожно вздохнула и пошатнулась. Девушка посмотрела на нее сочувственно и пригласила нас войти и подождать, пока она справится у госпожи. В обширном холле, где витал аромат цветов, расставленных в вазах на изящных пристенных столиках, тьму разгоняли только восковые свечи, но я разглядел все же красивую мебель: шкафчики красного дерева, старинные дубовые часы, ряды стульев вдоль стен. Матушка рухнула на один из них, я стал растирать ей руки.

Вскоре служанка вернулась в сопровождении дамы лет пятидесяти, с резкими чертами лица, которая окинула нас пристальным взглядом. Было совершенно очевидно, что по своему положению в обществе она превосходит не только миссис Филлибер, но даже и миссис Марраблес; я представлял себе, какое неприятное впечатление мы на нее производим: я без шляпы и сюртука, матушка чуть жива.

— Я миссис Малатратт, — представилась она. — Моя служанка сказала, что вы справлялись о мисс Квиллиам?

— Да, мы ее знакомые, — отозвался я вместо матушки.

Миссис Малатратт удивленно подняла брови.

— Эта леди… нехорошо себя чувствует? — спросила она.

— Просто очень устала.

Она внимательно на меня посмотрела и обернулась к матушке; та подняла глаза и попыталась улыбнуться, но, не сумев, прикусила губу и склонила голову.

— Мисс Квиллиам здесь больше не живет, — пояснила миссис Малатратт. — Она покинула этот дом почти год назад, когда получила должность при сэре Персевале и леди Момпессон. — Ей доставило видимое удовольствие произнесение этих имен и титулов.

— Спасибо, — отвечал я. — Но нам также известно, что совсем недавно она оставила эту должность.

— Верно, — нехотя произнесла миссис Малатратт, словно бы желала подольше подержать на языке блестящие имена. — Нельзя ли узнать, с кем я имею удовольствие разговаривать?

— Наша фамилия Мелламфи.

— Если вы знакомые мисс Квиллиам, то, признаюсь, меня удивляет, что вам неизвестен ее адрес.

— Мисс Квиллиам не ожидала нашего скорого приезда в Лондон, — отозвался я, стараясь не очень отклоняться от истины. На лице хозяйки дома выразилось вежливое удивление, и я добавил: — Возможно, она писала туда, откуда мы прибыли, чтобы сообщить свой новый адрес.

— Понятно. — Нарочито вежливый взгляд миссис Малатратт говорил о том, что она не поверила ни слову из моих объяснений.

Раз уж она нам не верит, решил я, то руки у меня развязаны, можно немного приврать.

— Мы прибыли в Лондон только сегодня, после долгой поездки. — Я упомянул название графства и добавил: — Из окрестностей Хафема, где мы с сэром Персевалом… — Я поколебался и продолжил: — Жили по соседству.

— В самом деле?

— Из-за недоразумения наш багаж отослали не по тому адресу, в другой конец Лондона. Мы отправились туда на наемном экипаже, но, когда проезжали по этой улице, я вспомнил, что, по словам мисс Квиллиам, она прежде здесь жила. Матушка очень устала, поэтому я остановил карету, чтобы спросить, нельзя ли здесь переночевать.