Шрифт:
И с того дня Самохин окончательно забросил книжки.
Адриан Адрианович, любивший Самохина за его способности к математике, спросил однажды:
— Что же это вы, братец мой, начали было хорошо учиться, а теперь снова лентяем стали? А?
— А у меня и по-гречески и по-русски сплошные двойки, — опустив голову, ответил Самохин.
— При чем тут греческий? Я вас про математику спрашиваю.
— Все равно. Раз по-гречески и по-русски два, пусть уж по всем будет два.
А товарищам говорил:
— Пусть выгонят, пусть на костре сожгут, а Швабре не покорюсь и учиться не буду.
Правда, сделал как-то Самоха еще одну-другую попытку подтянуться, взяться за книги, но из этого уже ничего не вышло. В конце концов махнул он на все рукой и повесил над своей партой такую надпись:
«ИВАН САМОХИН ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ФИРМЫ ПИНКЕРТОНА. СЫСК И РОЗЫСК»
Надписи не повезло. Ее быстро уничтожил Попочка. Тогда. Самоха повесил такую:
«ГАДАЛКА — ИВАН САМОХИН. ЦЕНА — 1 КОПЕЙКА»
Народ повалил сразу. Пришлось установить очередь. Даже Коля Амосов достал копейку, зажал в кулак и стал в хвост.
Предсказания были гениальные. Сережке Корягину Самоха предсказал так:
Запомни, что вещие сны мне даны, —Папаша даст дерку и спустит штаны.Медведеву предсказание было иного рода:
— Никогда не путешествуй, — строго сказал Самохин. — У тебя звезда никудышная. Беда будет, если поедешь.
Медведев вспомнил и сразу порозовел, точно с мороза явился. Смущенно положил на парту копейку и пошел неуклюже.
Вслед ему — хохот:
— Робинзон! Колумб! Куда?
— А ну вас… — И увальнем завернул за дверь.
А дело было так. В прошлом году собрался он в Америку. Добежал до… вокзала. А на вокзале — мать. Отдула зонтиком, посадила на извозчика — и домой. Привезла и говорит:
— Выворачивай карманы.
Медведев вывернул. Выпал билет до ближайшей станции.
— Дурак, — покачала головой мать, — а как бы ты дальше ехал?
— Охотился бы, — насупился Медведев и вытащил из-за сапога старый пистолет с одной пулей.
Мать вздохнула и сказала грустно:
— Не знала я, что ты такой осел…
Медведев обиделся.
— Ничего не понимаете, — пробурчал он, — а я много читал.
— Вижу. Снимай сапоги.
Медведев снял.
— Садись и учи уроки.
Тут Медведев не выдержал. Заплакал…
А Нифонтову Самоха сказал так:
— Растешь ты, как пальма. Настоящая мачта. Соорудят вокруг тебя винтовую лестницу и гуськом по ней на Марс… Парень ты ничего, только высокий слишком. Тебе бы на голову солнце поставить. Предсказываю: жизнь будет твоя неудобная. Еще подрастешь — будет трудно тебе. Под прямым углом согнешься — Швабре в живот головой упрешься. А вообще в люди выйдешь. По всему видать. Хоть и длинный, а гнучий. Директор любит… Чего еще надо? Живи спокойно, не пропадешь. Давай копейку.
— Язык у тебя… — обиделся Нифонтов. — Копейку на, а в рыло когда-нибудь тоже получишь.
Самохин посмотрел на товарищей, прищурил голубые глаза и сказал:
— Принесите лестницу. Полезу на Нифонтова. Авось, завтра к вечеру до его башки доберусь.
— Ловко! — засмеялись кругом.
— Не тяни, Самоха, — сказал кто-то, — тут очередь большая. Кто там следующий?
Следующим был Амосов. Он подошел с таким видом, точно делал Самохину величайшее одолжение:
— Ну, гадай, гадалочка. Хи-хи…
— А! И ты? — улыбнулся Самохин. — А не боишься в будущее заглянуть? Впрочем… Ну, слушай, Коля.
Все столпились. Каждому было интересно, что скажет Самоха Амосову.
— Ну, Колечка, — сказал Самохин, — прежде всего давай копейку, а то потом с тебя ищи-свищи.
— Не беспокойся, — надулся Амосов. — Я не какой-нибудь жулик.
— В том-то и дело, что человекус ты ненадежный. Ну, шут с тобой, слушай! Выйдет из тебя, Коля, самый пышный генерал. Да… Орденов у тебя, Коля, будет больше, чем у нашего Бобика блошек. Ей-ей. Ты не думай, что я шучу. Будешь ты, Коля, важный-важный и… противный-противный…
— Глупо. Ты не болтай чепуху.
— Ну, уж это я, брат, не знаю. Видимо, так тебе на роду написано. Сейчас ты, правда, очень хороший, только бить тебя, подхалима, некому…
— Какой я…
— Да ты погоди, не перебивай. Не порть гадание. Думаешь, легко предсказывать? Слушай. Вот когда ты будешь генералом, придет к тебе один человек, вроде меня, и скажет: «Ваше превосходительство…»
Ты пузо выпятишь и спросишь: «Чего вам надо, такой-сякой?»
А человек, который придет, как ахнет тебя по башке. Честное слово, Коля, так будет. Ты не обижайся.