— Вот, попробуйте, дядя Ваня, трофейного табачку. Правда, это не немецкий, они его у англичан украли.

— Спасибо, дочка, давно уже не курил табачок, все на вениках да на навозе перебивался, — сказал Иван одеваясь.

— Что это вы, дядя Ваня, странно так одеты?

— Да немцы проклятые все теплые вещи отобрали, хорошо, что моего деда наследство на чердаке валялось. Сын, когда дома был, берег для музея. А тут самому носить пришлось.

— Это наглядный урок истории дают нам фашисты. Немного времени они хозяйничают на нашей земле, а вас уже на столетие назад отбросили. Если еще похозяйничают, в пещеры загонят.

— Верно, дочка. Однако и они от нас дождутся. Ну-ну, иди отдохни, а я пойду покурю на дворе.

Вместе с ним, накинув полушубок, вышла Морозова, чтобы позвать Ивахонько. Через минуту обе уже были в избе.

От Глафиры Колесова услышала, что немцы после пожара в Чередово и Екатериновке поставили на дорогах дозоры и никого из деревень не выпускали вплоть до 2 декабря. Глафира узнала, что во время пожара погибло много немцев. Говорили о большой группе партизан, действовавших в этом районе. Немцы нашли, где прятались партизаны, — на хуторе между деревнями Грули и Самошкино. Там при обыске была обнаружена не сгоревшая в печи газета «Правда» от 19 ноября 1941 года. Фашисты устроили засаду, просидели в ней два дня, но никого не дождавшись, сожгли хутор. В Немирово арестовали несколько человек, говорят, будто они скрывали партизан.

Пора было идти. Колесова с Морозовой стали одеваться, а Ивахонько пошла сменить дядю Ваню.

Глафира и Татьяна, стоя у печи, смотрели, как собираются девушки. Они по-своему, по-женски, жалели их, называли ласково дочками.

Когда вошел Иван, девушки были готовы к выходу.

— Что ж, дочки, вы так скоро собрались, сидели бы еще.

— Некогда нам, дядя Ваня, сидеть, надо фашиста уничтожать. Чем больше будем без дела сидеть, тем дольше он нашу землю поганить будет, — возразила Колесова.

— Это верно ты говоришь, нам тоже надо ему горячего подкладывать, а мы дожидаемся, когда он сам уйдет, — отозвалась Глафира.

— А что я сделаю, когда мне не в чем из избы выйти? — вставила Татьяна.

— Не про нас речь. Вот Иван дровишками их балует за то, что его ограбили, да неизвестно еще, что с сыном сделали, — сердито сказала Глафира.

— Да уймись ты, Глафира, не могу я сейчас в лес уйти, баба моя больна, нельзя ее одну оставить, — сказал Иван.

— Привези ее к Татьяне, она за ней походит, а сам будешь свободен.

— Ладно, я сам знаю, что нужно делать! Вот дочка оружие обещала. Когда дашь? — Иван перевел взгляд на Колесову.

— Давно готово, дядя Ваня.

Колесова взяла мешок, вынула оттуда два немецких автомата, пистолет и патроны.

— Принимайте подарок, дядя Ваня.

Иван неумело покрутил автомат и вопросительно посмотрел на девушку. Та взяла второй автомат, обойму.

— Смотрите внимательно на мои руки. Заряжается он так: обойма берется в эту руку и вставляется сюда; затем отводится затвор, вот так, и опускается. Автомат готов к стрельбе. Если стрелять не будете, поставьте автомат на предохранитель, вот так; при этом ручка не двигается и случайный выстрел невозможен. Вот вам обойма, заряжайте теперь сами.

Иван трижды проделал все, как показала Колесова. Потом она научила его обращаться с пистолетом.

Иван был доволен полученным оружием и своими успехами.

— Большое вам спасибо, товарищи, за подарок, — растроганно проговорил он, — и мне и моим друзьям он очень пригодится.

— Если из этого оружия будет уничтожен хотя бы один фашист, считайте, дядя Ваня, что задача выполнена. Передайте оружие вашим товарищам. Было бы хорошо, если бы вы все собрались в небольшой отряд, пусть в три человека — ничего. Для начала оружие у вас есть, а дальше сами добудете.

— Конечно, одному плохо, пойду к председателю колхоза, он у нас тут недалеко. Еще раз спасибо вам, дочки. Давайте довезу вас до Новопавловского. Сейчас можно, — предложил Иван.

— Спасибо, дядя Ваня, мы привыкли пешком ходить, после войны будем ездить в машинах. А сейчас в путь. Если придется, постучим к вам еще раз, если нет, — встретимся после войны.

— Заходите в любое время, у меня тихо, — сказала Татьяна.

— Ко мне тоже, — пригласила Глафира, — но только ночью.

— Жаль вот, ко мне нельзя, рядом полицай живет, но я сам приду, скажите только сестре, когда и куда, — сказал Иван.

Вернувшись к подругам, Колесова предупредила их, чтобы с утра все были в сборе. Она предполагала в ночь на 5 декабря произвести нападение на гитлеровцев, засевших в Тоболово и Власьево.

Разведка объектов была закончена, все данные о них собраны. В Тоболово была расположена команда СС по борьбе с партизанами, и для успешного проведения операции нужна была хитрость. Колесова продумывала план действий, сопоставляла данные, полученные от местных жителей, с данными наблюдения. Когда было найдено окончательное решение и принят план ликвидации немецких складов и комендатуры, стало светать.