– Теперь, когда вы так разбогатели, могу я вам что-нибудь предложить?

– Пиво есть? – удрученно спросил Джон.

– Конечно. Разве на стоянке грузовиков может не быть пива?

– Принесите мне «Бек».

Официантка удивленно вскинула голову, как боксер, пропустивший неожиданный удар.

– «Бек»? У нас его сроду не было.

– «Кирин»? [23]

– Да побойтесь бога. Мы получаем только «Миллер».

– Надеюсь, хоть не левый?

– «Миллер» как «Миллер». Самый обычный. Так будете брать или нет?

Джон тяжело вздохнул.

– Ладно, несите «Миллер».

Из кухни раздался голос повара:

– Фло, заказ готов.

– Пиво сейчас будет, – сказала Фло Джону и, покачивая бедрами, поплыла к кухне.

– Официантку зовут Фло! Боже! – пробормотал Джон себе под нос, провожая ее взглядом.

Что-то коснулось его лодыжки. Он посмотрел вниз. О его ногу терся кот. С довольным урчанием кот лизнул ботинок Джона и замурлыкал.

Джон пнул его ногой – несчастное животное с визгом отлетело в сторону.

– Гребаный кот! – Джон был зол на весь мир и никак не мог успокоиться.

Парень, вертевший пачку из-под сигарет, встал со своего места и пошел в туалет. Его подружка, оставшись без присмотра, тут же вскочила и направилась к музыкальному автомату. На полпути она остановилась, посмотрела на Джона. Лицо ее зарделось от смущения, но все же она решилась и подошла. От близости привлекательного взрослого мужчины ее бросило в жар, как нередко бывает с девочками-подростками.

– Мистер! У вас не найдется монетки для автомата? – спросила она, заигрывая, но ее голос прозвучал скорее пронзительно, чем сексуально.

– Что? – Джон даже не удостоил ее взглядом.

– Я хочу поставить песню. У вас не будет двадцати пяти центов?

Он повозился в кармане, нашел нужную монетку и бросил девушке.

– Спасибо. А вам чего-нибудь хочется послушать? Я поставлю, – сказала она с улыбкой, недвусмысленно говорившей: «Не желаете трахнуть меня?» Она вложила в эту улыбку всю свою страсть, но добилась лишь слабого намека на соблазнительность – все равно что зажгла лампочку слишком маленькой мощности.

– Нет, для меня все кантри – дерьмо.

– Ну, тогда я сама для вас выберу.

Она подошла к музыкальному автомату, через мгновение зазвучала «Your Cheatin' Heart» Пэтси Кляйн. [24]

– Вам нравится Пэтси Кляйн? Я просто без ума от нее! Не пойму только, почему она не записывает новых дисков?

– Потому что она умерла.

Девочка жеманно выпятила губки:

– Это грустно. Неужели вам все равно?

– У меня было время прийти в себя, – сухо заметил Джон.

Она с любопытством посмотрела на него.

– Вы не местный, да? Откуда вы?

– Из Страны Оз.

Девочка захихикала как от щекотки.

– Нет, неправда. Это страна из кино.

– По-моему, тебя слишком много, – поморщился Джон.

Из туалета вышел ее приятель. Он посмотрел на свою подружку. Потом на Джона. На свою подружку, беседующую с Джоном. Глаза его налились яростью, и он кинулся разбираться.

– Эй! Что вам нужно от моей девчонки?

Джон словно не слышал его.

– Я задал вам вопрос!

– Тоби, ничего ему от меня не нужно. Мы просто разговаривали, – бросилась его подружка на защиту Джона.

– Закрой свой рот и иди за наш столик! – Тоби встряхнулся, как щенок перед атакой, и вновь обратился к Джону: – Мистер, не вынуждайте меня повторять! Что вам нужно от моей девчонки?

Джон наконец-то взглянул на него. Мальчишка. Лет восемнадцать. Наверное. В потертом джинсовом костюме, из заднего кармана торчит расческа, грудь колесом, пыхтит как паровоз. Он напоминал человека, составившего представление о том, как должен вести себя мужчина, по журналам для мальчиков, но с годами забывшего большую часть когда-то прочитанного.

– Мне от нее ничего не нужно.

– Да, а мне так не показалось.

– Она просто попросила у меня монетку для автомата, и все.

– А мне показалось, что вы решили с ней поразвлечься.

– Поразвлечься? – Джон недоуменно вскинул брови. – Вы все в этом городе травы накурились, что ли?

– Правда, Тоби. Я просто попросила у него монетку для музыкального автомата.

– Я тебе велел не вмешиваться, Дженни. Послушайте, мистер, мы с вами должны решить этот вопрос как мужчины.