– Там внизу компьютерщики, – доложила она, – и сильно скандалят.

– Так утихомирь их, Глория, – рявкнул Джино. – Мы заняты!

– Слушаюсь, только ты, видно, не знаешь пчелиную матку…

– Макбрайд?

– Ее самую. Маленькая темноволосая гончая стоит возле зала для прессы. Говорит, дает вам пять минут, потом зайдет туда и примется рассказывать.

– О чем? – спросил Джино.

Глория приподняла пышное плечо, каким-то непотребным манером всколыхнув ярды оранжево-коричневой материи, окутывавшей ее тело.

– О том, как твердолобые копы – понимаете, это ее слова, не мои – просиживают штаны наверху, игнорируя ожидающих внизу людей, с которыми киллер вышел на связь.

Магоцци затаил дыхание. И все прочие тоже.

– Что?

– Так она говорит вместе с остальными. Со мной не хотят разговаривать. Только с вами двоими.

– Веди их сюда, – прорычал Джино.

– Сейчас. Лео, Джино, выйдите на пару слов в коридор. – Глория скользнула в дверь в вихревом облаке ткани.

– Будем ковать железо, пока горячо. – Магоцци спрыгнул со стола, заметив встревоженное выражение на лице Малкерсона, словно кому-нибудь в самом деле хватило бы духу ковать горячее железо в государственном учреждении.

Они с Джино выскочили следом за Глорией в коридор, закрыв за собой дверь.

– Не хочешь сообщить, чьи отпечатки находятся на этой штуке, Лео? – Она вытащила из широких складок платья его сотовый телефон.

– Нет.

– Ну, какой бы камень ты ни отвалил, точно разбудил дракона. Мы нашли отпечатки, а информацию прикрыло ФБР. Ни имени, ни фамилии, вообще ничего. Нэнси из секретного отдела пробовала растолковать, а они сказали, что сами ищут их обладателя, он проходит по незакрытому делу. Самое интересное – знаете, что было нужно в офисе шефа парочке в штатском? Примерно через три миллисекунды после прихода принялись как ни в чем не бывало шарить на моем письменном столе, приговаривая: «Слушайте, помните отпечатки, которые детектив Магоцци прогонял вчера через службу информации вооруженных сил США? У нас почему-то пропала фамилия на десятой карточке. Не подскажете?» – Глория замолчала, испустив долгий негодующий вздох. – Можно подумать, что подсказала бы, даже если бы знала. Хотя не знаю, – многозначительно добавила она. Глория сильно не любит, когда ее держат в неведении.

Магоцци оглянулся на Джино:

– Что скажешь?

– Все хуже и хуже.

– Ладно, Глория. Вот что сделай. Скажи, что мы должны просмотреть файл, пусть перешлют по факсу, и как только мы тут закончим, то сразу же взглянем.

– Ничего не выйдет. Я вам говорю, файл закрыт.

– Знаю. Все равно скажи.

– А если откажутся?

– Посылай в задницу, – посоветовал Джино.

Глория нахмурилась:

– Сам посылай. У меня свои принципы. – Она повернулась и зашагала по коридору.

Когда Магоцци с Джино вернулись в кабинет, Лангер с Петерсоном готовились уходить.

– Мы через полчаса должны быть в торговом центре, – объяснил Лангер.

– Посидите минуточку, – попросил Магоцци. – Я хочу, чтобы все познакомились с совладельцами «Манкиренч».

– Хорошо. – Лангер с радостью сел. – Страшно хочется познакомиться с женщиной, которая на дух не переносит копов и постоянно носит оружие. Макбрайд, правильно?

– Правильно.

– Замечательно. – Луиза пошла к кофеварке, взяла чашку. – Перестрелка в полиции.

– Я поставил у дверей патрульного. Мимо моего человека никто не пронесет оружия. – Фридмен сверкнул на нее глазами, когда она проходила мимо.

Луиза с улыбкой шлепнула его по широченному затылку.

– Знаю, милый. Шучу.

– Все слышали и видели? – Сержант оглядел присутствующих. – Она назвала меня «милым», по голове погладила. Это сексуальное домогательство.

– Не думай, не мечтай, малыш.

– Теперь еще «малыш». Я не намерен терпеть подобное…

Магоцци огляделся, чувствуя себя учителем средней школы перед вышедшим из повиновения классом сплошных хулиганов, и это хорошо. При такой работе внезапный переход от анализа убийств к озорству вполне простителен. Может быть, даже жизненно необходим.

Джино подошел к нему, встал рядом, с улыбкой наблюдая, как Луиза трясет пончиком над головой Фридмена, осыпая его белой сахарной пудрой.

– Твердолобые копы, – проворчал он.

– Угу.

– Хочешь, чтобы Макбрайд с компанией вошли и все это увидели?

Магоцци пожал плечами.

– Можно сказать, что, убивая время, совершаешь убийство.

– Магоцци! – окликнул его Малкерсон, стоя перед доской с фотографиями убитых. – Просто из любопытства спрашиваю, кто в той самой игре убийца?

Он старательно поправил галстук.

– Шеф полиции, сэр.

Когда компьютерщики вошли в совещательную комнату, температура окружающей среды резко понизилась. Магоцци не понял отчего – то ли из-за возглавлявшей их женщины-айсберга, то ли из-за общей враждебной настроенности партнеров по отношению к заполнявшим помещение копам, которые заняли оборонительную позицию. Если верно последнее, то Макбрайд никак не отреагировала на холодный прием.