Прежде чем приступить к вопросам, сказал Лапидис, он считает необходимым поставить актив в известность, что в принципе горисполком не возражает против указанного строительства, хотя отдельные детали требуют уточнения по части архитектурной композиции.

— Иван Анемподистович, — ребром поставил вопрос доктор Ланда, — вы имеете в виду возможные нарушения архитектурного облика дома, связанные с возведением ротонды?

Именно об этом, сказал Лапидис, был разговор в управлении городского архитектора, где строго предупредили, что архитектурный профиль дома должен быть сохранен в своем первоначальном виде. Куполообразная ротонда, которая поначалу проектировалась высотой до трех с половиной метров, так что видна была бы с улицы, теперь, улыбнулся Лапидис, осталась без своей головы, то есть без купола, рост ее сокращен более чем на метр, и с улицы она ие видна.

— Товарищ Лапидис, — обратилась Дина Варгаф-тик, — зачем нам эти архитектурные подробности? Мы хотим знать, почему у нас во дворе, где столько жильцов и соседей, одна Марина Бирюк может строить для себя на крыше солярий с ротондой и готова оборудовать оранжерею, можно догадываться, с искусственным подогревом, чтобы не только летом, а и зимой иметь у себя под боком утепленную дачу.

— Уважаемая Дина Варгафтик, не знаю, из каких источников вы черпаете свою информацию, но, — сказал Лапидис, — могу вас заверить, что в любой день, когда вам лично или другому соседу захочется принять солнечную ванну на площадке или посидеть в ротонде, вы всегда будете иметь возможность.

Да, тут же откликнулась Дина, каждый сосед будет иметь возможность, остается только хорошо попросить, чтоб Марина Бирюк, которая держит в своих руках ключи, открыла дверь в свой коридор, оттуда поднялись по лестнице в пионерскую обсерваторию, а оттуда еще раз поднялись по лестнице и открыли английский замок, который на дверях в ротонду.

— Лапидис, — весело окликнула Клава Ивановна, — теперь тебе русским языком объяснили, как можно попасть в солярий и посидеть в ротонде, если Марина Бирюк окажется дома и тоже захочет позагорать на площадке или просто побалакать с соседями в своем стеклянном особняке.

Инженер Лапидис ответил, что все познается на практике, каждый имеет возможность проверить на собственном опыте, открыты или закрыты для него двери на обзорную площадку, с которой он может любоваться видом Одессы и Черным морем. Если опыт окажется негативный, можно будет вынести на суд двора инициативу нашего соседа, а сегодня он лично приветствует начинание, которому двор обязан расширением полезной площади для своих жильцов.

Доктор Ланда сказал, он целиком поддерживает заключение инженера Лапидиса и будет рад приятной возможности провести с соседями время, обозревая с крыши нашу красавицу Одессу, наш порт, Пересыпь с ее заводами и Черное море.

Маргарита Израилевна и Жанна Андреевна заявили, они также целиком поддерживают предложение инженера Лапидиса и готовы присоединиться к доктору Ланде и другим соседям, чтобы сообща радоваться и получать удовольствие от нашей дворовой новостройки.

Иона сказал, Чеперухи тоже просят приплюсовать свой голос и вдобавок обещают собственными силами и за свой счет оборудовать на крыше отдельный участок, где каждый будет иметь свои ключи к дверям, и один не будет зависеть от другого.

— Молодец! — похвалила мадам Малая. — Молодец, Иона Аврумович, ты подсказал нам, что каждый в нашем дворе имеет право на свой семейный участок на крыше, и будем ходить по крыше друг к другу в гости!

Все, включая Лапидиса, аплодировали Клаве Ивановне за удачную шутку, громко смеялись и говорили, что первый раз присутствуют на таком веселом заседании домового актива. Адя высказал предположение, что следующее заседание актива будут проводить на обзорной площадке и в ротонде, которые уже вошли в будни двора, и со своей стороны, как музыкант, предложил подготовить на этот случай музыкальную программу.

Актив и гости продолжали смеяться, Катерина Чеперуха вместе со всеми и вдруг, ни к селу ни к городу, утробным голосом произнесла:

— Отольются кошке мышкины слезки.

— Катерина батьковна, — одернул старый Чеперуха, — не каркай, а то со своими буддийскими духами, чалдонка, накаркаешь.

Актив продолжал свою работу, внесли в резолюцию предложение Лапидиса проверить на практике, какая сложится во дворе картина с обзорной площадкой и ротондой, а глупое пророчество Катерины Чеперухи все выбросили из головы и забыли.

Однако ровно через три недели, двадцать один день, пришлось вспомнить, когда Евдокия Васильевна, мать Марины Бирюк, поднялась в ротонду, где поставили для нее кресло, чтоб могла нормально отдыхать на свежем воздухе, вдали от улицы, насыщенной выхлопными газами автомашин, и вдруг почувствовала сильную боль под левой лопаткой, в секунду охватил дикий страх, старуха ступила на винтовую лестницу, чтобы воротиться к себе в комнату, но потемнело в глазах, потеряла равновесие и покатилась по ступенькам вниз.

Зиночка одна была дома, услышала глухой звук, вроде с силой откуда-то сверху ударили чем-то тяжелым, вскочила, быстро побежала и увидела бабушку: руки, ноги беспорядочно раскинуты, первая мысль была, что потеряла сознание, лежит без памяти, но пришел Алеша, пощупал пульс и сказал, что мертвая.

На самом деле Евдокия Васильевна была еще жива, в комнате, куда перенесли ее внуки и положили на тахту, открыла глаза, чуть заметно двигались губы, как будто что-то говорила, но слов не было слышно, Алеша нашел в тумбочке флакон с нашатырем, поднес к носу, чтоб бабушка могла вдохнуть, в горле послышалось глухое клокотание, все тело вздрогнуло, как бывает при сильной икотке, глаза расширились, вроде всматривались вдаль, ничего не увидели и остановились.