– Но сначала предупреди клан!

Мысленно чертыхнувшись, я начала продумывать телепатическое оповещение.

Провожать нас собралось, по меньшей мере, тридцать дриад, не считая Виру, Кириену и Луэля. Последние два, кстати, стояли в обнимку, и по слухам назревала свадьба. Когда об этом событии узнал Элиас, его радости не было предела. Бедняжка, он опасался, что следом за публичным объяснением в любви (отвлекающий маневр!), ему придется жениться на наследнице...

После недолгих просьб нам выдали трехмерную карту местности. Небывалая щедрость - за пределами Вечного Леса их насчитывается штуки четыре - у великих архимагов стихий.

Я в последний раз перепроверяла свое снаряжение, когда меня подозвала наставница. В руках она держала черный бархатный мешочек.

– Лира, ты помнишь, что через два дня полнолуние?

Я скривилась.

– Естественно помню.

– Здесь снадобье - и не отнекивайся. Знаю, что у тебя есть! Но когда еще тебе удастся пополнить запасы? Выпьешь за четыре часа перед восходом луны. Не позже!

Я приняла подарок, прикидывая, куда бы его лучше упихать. Кожаный рюкзак, позаимствованный у Элиаса из пещеры, итак полностью забит. Ладно, найду место. В крайнем случае, бархат убережет зелье от повреждений.

– Спасибо, наставница.

– Вира, девочка, теперь просто Вира. Ты уже взрослая, и мне больше нечему тебя учить.

Королева грустно улыбнулась.

Поддавшись внезапному порыву, я с огромной благодарностью обняла эту мудрую женщину, потратившую на меня столько сил и нервов. После чего, не оглядываясь более, нагнала уже ушедших вперед друзей. Легкий порыв ветра донес до меня ее прощальные слова:

– Тебе всегда будут рады в Вечном Лесу. Возвращайся, Лиэлла Вирэ.

Кой леший потащил меня в этот лес??? В очередной раз споткнувшись о подло расположившийся корень, я еле сдержала желание спалить все в радиусе ближайших трехсот саженей. А что - одна стена огня и как легко идти станет!

Сзади послышались приглушенные ругательства. Видимо, мои чувства разделяли и другие. Ну, почти все.

– Ты когда-нибудь была на границе?
– догнала я легко и непринужденно шагающую впереди нас эльфийку.

– Разумеется, - Нарька немного замедлила шаг, чтобы я за ней успевала. Конечно, ей просто, она в подобных лесах выросла. А что делать бедному, домашнему, не привыкшему к подобным издевательствам природы оборотню?

– И в Осиновом?

– Нет, это слишком далеко на север от Вольного Отряда. Мы охраняем только территорию Альварии.

– Жаль. Я надеялась, что местность будет тебе знакома. Дьявол!
– предательский плащ зацепился за куст, резко отдернув меня назад. Хотя плащ слишком громкое название для этой черной тряпки.

– Да сними ты его! Вон, уже весь изодрала, - подруга смотрела на меня с непритворным сочувствием.

– У меня все руки и спина в царапинах будут!

– А так есть реальный шанс свернуть себе шею! Ну не ходят по лесу в плащах! Неудобно.

Свой, цвета летней листвы, эльфийка свернула еще в Дриграде и теперь только посмеивалась над не столь умными спутниками. Ошибку я осознала фактически сразу, но признавать ее перед другими не хотела. Вот и тащусь уже четыре с половиной часа в этом злосчастном плаще!

– По моим прикидкам, большую часть пути мы уже прошли, скоро начнется паутина порталов, так что думаю перед решающим рывком надо сделать привал. Здесь где-нибудь есть вода?

– Есть, - я еще раз прислушалась: тонкое позвякивание лесного ручья раздавалось в четверти версты от нас.

Услышав об отдыхе, мои ноги заныли еще больше, настоятельно требуя хотя бы присесть. Я отлично понимала, что если поддамся соблазну, то меня отсюда только унесут. Поэтому, когда впереди наконец-то показалась желанная вода, я готова была простить и насмешки подруги, и корни-ветки, и даже свой плащ.

Все-таки в этом лесу здорово! И трава еще зеленая и мягкая такая...

– Эй, вставай! За тебя другие, что ли, работать должны?
– возмущенно прокричал Дион откуда-то сверху.

– Ни за что, - я сложила руки на груди, пытаясь придать лицу умиротворенное выражение, - я умерла.

Дион хмыкнул, наклонился, и, подхватив меня под мышки, привел мое усталое тело в вертикальное положение.

– Раз ты умерла, то вурдалаки с тобой точно ничего не сделают. Сходи за хворостом, пожалуйста.

– Ты меня совсем не любишь, - с притворным огорчением протянула я, вырвавшись из его рук.

...Покидая поляну, я все еще ощущала на себе его пристальный взгляд.