– Ладно, ладно, сегодня я на диете, - попыталась отмахнуться я, но не тут-то было. Толпа ребятишек продолжала осыпать "злую ведьму" вопросами:

– Тетя, а Вы хорошо колдуете?

– И даже дождь вызвать можете?

– А Лянку в жабу превратить? А то она задается все время!

После последнего вопроса со стороны дома, к которому я приближалась, раздалась оплеуха и громкий детский плач. На крыльце, до которого мне оставалось полторы сажени, стояла девчушка крепкого телосложения, с копной салатово-серебристых волос. Рядом разливался воем паренек, лет пяти, похожий на нее как две капли воды. Брат - мигом сориентировалась я.

– Простите, не могли бы мы поговорить с кем-нибудь из взрослых?
– обратилась я к девушке.

Она виновата улыбнулась:

– Взрослых нет. Они все ушли в лес. А я здесь за главную оставлена. Вы мне скажите, что случилось, чем смогу - помогу.

Я недоуменно переглянулась с друзьями. Ушли и оставили детей одних? Такое даже у оборотней не практиковалось!

– Мы очень устали и хотели бы переночевать здесь. Это возможно?
– вступил в диалог Лис.

– Конечно, заходите к нам. Будем только рады. А то мы о внешнем мире почти ничего и не знаем. Кстати, меня Ляна зовут.

Уже догадались.

"Все-таки идея оставить детей за хозяев была плохой..." - мрачно подумалось мне, когда я вошла в дом и увидела царивший там бедлам. Перевернутый вверх ножками стол, поваленные скамьи, повсюду мука и черепки от разбитой посуды. Пестрые занавески на окнах изодраны так, словно на них долго и старательно висели коты. Единственное, что уцелело - это широкая лежанка, окутанная перьями от растерзанных подушек.

– У вас тут смерч пронесся, что ли?
– недоуменно вопросил Дион, осторожно подталкивая меня подальше от дверного проема.

– Нет, - Ляна рассмеялась, - это мы с братом играли. Сейчас все уберу.

Пока она ходила за метлой, я обследовала вторую комнату, которая отличалась от первой только размерами. Хаоса в ней было не меньше.

– Не нравиться мне все это, - сама себе протянула я, на всякий случай, выуживая из голенища тонкий, изящный стилет и перевешивая его на пояс.

– Что именно?
– Дион с удивлением наблюдал на появление у меня подобного оружия. Не ожидал. Разумеется, убегая из дома, я захватила не только перочинный ножик.

– Все. Дети, оставленные без присмотра, беспорядок в доме, запах.... "Здесь пахнет холодом и тленом..." - вспомнилась мне строчка из старинной песни.

– Может, маленький полуэльф разбил нос, а Ляна вымыла пол и стерла пятна.

Я провела пальцем по полу и показала Хранителю осевшую на нем пыль.

– Это не запах крови. Что-то другое...

– Ну, хорошо. Откуда именно идет запах?

– Вот это мне не по душе больше всего, - я нахмурилась и принюхалась еще раз.
– Такое ощущение, что отовсюду.

– Исключено. Если бы что-то случилось, дети не стали бы утаивать. По-моему, ты просто переутомилась. Самое лучшее для тебя - это поспать.

От его слов у меня и вправду началась зевота, но я нашла в себе силы возразить:

– Нет, Ди, сначала поесть, а потом можно и баиньки.

– А куда родители ушли?
– спросила я Ляну, сидя за столом в уже относительно чистой комнате. Все, что починке не поддавалось, мы выкинули, а остальное перетащили в сарай. Стало свободнее и намного уютнее. Принесенный Ляной горячий ужин и травяной отвар фактически полностью меня успокоили.

– Травки собрать к зиме, а по пути в Лужицы зайдут - купят молока и творога.

– Лужицы? Первый раз о такой деревне слышу.

– Это поселение, вроде "Последнего приюта", что с другой стороны Вечного Леса, только поменьше. Но я там никогда не была. А так хочется уйти отсюда!
– в ее голосе послышалась странная тоска и боль.

– Так в чем проблема? Ты уже девочка взрослая, сама решать можешь, что делать. Если надумаешь, иди к друидам - они всегда помогут, - посоветовал Лис.

– Ой!
– Ляна вдруг вспомнила о чем-то, и, выпрыгнув из-за стола, понеслась в соседнюю комнату. Вернулась она с целой коробкой эльфийского черного шоколада.

– Папа на день рождение подарил. Угощайтесь.

Ничего себе подарочки! Да я одну плитку себе не всегда позволить могу, а тут целая горка! Наверняка эльфу пришлось за ним в Тайлесс ехать.

Наверно, нечто подобное пронеслось в мыслях и у Нарьки, так как она, наконец, оторвалась от изучения карты:

– Ляна, а кто твой отец?