И я рассказала. О лихоманках, хотя помнила происходящее со мной смутно, о своих страхах, о Демаре и его предложении, об отказе отдать талисман и причине его - видении апокалипсиса. Подруга слушала внимательно, выспрашивая мельчайшие подробности, а вслед за тем ненадолго задумалась.

– Знаешь, тот деревенский знахарь детально обрисовал нам типа, заплатившего ему за ложные сведения о марах. И он совсем не похож на описанного тобой ангела смерти, - в конце концов, сказала она.
– Но меня беспокоит другое. Ведь в чем-то Демар прав - лишившись магической силы, ты стала очень уязвима.

Я зевнула, демонстративно показывая клыки.

– Ну нет у меня магии - и что с того? Вспомни мою прабабку - да она на всю страну прогремела как великая воительница, а в ней силы ни капли не было.

– Угу. Вот и погибла во цвете лет.

Я скрестила руки на груди.

– От пущенного в спину болта магия не спасет.

– А от кинутого в лоб заклятия защитит, - парировала подруга.

– Хорошо. И что мне делать? Оставаться здесь? Или пускаться в бега? Прятаться, скрываться? Когда вы будете рисковать собой, спасая уже не только всея Сиберию, но и меня?

Нарька опустила глаза - видимо, это она и собиралась мне предложить, хоть, и понимала, что затея безуспешна. Впрочем, будь я на ее месте, то поступила бы также. Мы слишком дорожили своими друзьями, чтобы их терять.

– Пойдем в дом, я устала, - тихо попросила я, опираясь на плечо эльфийки. Она грустно улыбнулась - одними уголками губ - и развернулась в сторону избушки.

Прошла неделя. Семь нудных, бесконечно тянущихся дней, убивающих меня своей однообразностью и скукой. Из-за мелкого беспрерывного дождя друзья не выпускали меня на улицу дольше чем на полчаса, и то, поддавшись моему вечному возмущенному гудению. Они носились со мной, как терпеливые кормилицы над непослушным чадом, точно я не могла самостоятельно сделать и шагу. Своей заботой они скорее затягивали мое выздоровление, чем ускоряли его. Но вот, счастливый час пробил, и мы покинули нашу убогую лесную обитель.

Предстоял долгий и последний участок пути - переправа через реку, затем несколько сот верст до портового городка Мурмана, а там уже открытый выход к Призрачному морю. Я ни единожды спрашивала у Диона, как мы собираемся попасть в Нэвил Тау, учитывая, что тот расположен под водой, но демон лишь загадочно отмалчивался.

Кстати, если речь пошла о Хранителе.... С момента моего возвращения на грешную землю, мы так ни разу ни поговорили с ним с глазу на глаз. Дион всегда находил благовидный предлог улизнуть, но я знала, что те два дня, когда я бредила, он провел у моей постели. Может, поэтому я и решила простить ему украденный поцелуй, а быть может потому, что боялась утратить в нем друга. В любом случае, эта тема была закрыта для меня навсегда.

– Лира, просыпайся, мы приехали, - позвала меня Нарька, и я лениво приоткрыла глаза. Я не спала, и даже не дремала на ходу, как наивно предполагали мои друзья, беспокойно косясь на меня всю дорогу. Просто, в тайне от них, оправляясь от прикосновения лихоманок, я развивала слух и обоняние, стараясь представить окружающий мир без помощи зрения. Зачем мне это было нужно? Ответ тривиален - потеряв магию, я лишилась огромной части себя. И пыталась чем-то ее заменить.

Так вот - увиденная мною картина не вдохновляла. Столь негостеприимная старообрядческая деревня встретила нас во всеоружии, а конкретно вилами и топорами. Уж не знаю, что им там наговорил возглавляющий процессию знахарь, но выглядели жители крайне недружелюбно.

– Убирайтесь, ведьмины отродья, покуда живы!
– грозно прокричал знахарь, размахивая каким-то веником, призванным отгонять нечисть.

– Какие добрые и отзывчивые люди, правда?
– процедила я сквозь зубы, обращаясь к друзьям.
– Мы их от напасти спасли, они нас от суетности жизни и лишних грехов избавить пытаются.

И уже громко, дабы все услышали, спросила:

– Вы о ком это, милейший?

– Как о ком?
– рассвирепел знахарь.
– О вас. Вандалы! Кровопийцы!! Дилетанты!!!

У меня челюсть отпала:

– Это еще почему?

– Вы лихоманок уничтожили?

– Ну...
– синхронно кивнули мы, все еще не понимая, к чему он клонит.

– А вас на мар посылали!
– с победным видом объявил знахарь.
– Лихоманки нам огороды от гусениц и заморского жука охраняли, сборщики налогов в наш край не лезли, их боялись, опять же. Как теперь жить, а?

Толпа согласно зашушукалась, запричитала. Пора было прекращать это бесчинство, пока они до идеи сжигания злодеев на костре не дошли.

– И чем же вы платили лихоманкам за их помощь?
– внезапно спросила Нарька, едва сдерживая гнев. Вокруг ее фигуры разлилась природная мощь изумрудного сияния, и толпа поспешила отшатнуться от чародейского огня.

Знахарь подбоченился.

– Дитя какое чахлое раз в год им отдадим али преступника, и вроде как квиты. Выгодная сделка.

Он был настолько уверен в своей правоте и превосходстве, что даже не осознавал жути подобного контракта. Секунду подруга смотрела ему в глаза, явно читая мысли и все его былые прегрешения. Не на шутку испугавшись пронзительного взгляда, знахарь поспешно добавил: