И весь Ра'хаам собирается в одном лице, когда Аврора, девушка вне времени, Триггер, делится с остальными тем, что она знает, что она может сделать, и вместе они ясно видят, как это должно произойти.

А на борту «Лонгбоу» мальчик-сильдратиец тревожно кричит:

– Она перестала дышать!

– Дух Творца, где же Зила, когда она так нужна?

– Нужен врач!

– Дайте стимуляторы!

– Это не ее тело, глупцы, неужели вы не чувствуете, что ее разум где-то далеко?

И именно эти слова его сестры заставляют мальчика-сильдратийца поднять голову и оглянуться на Оружие, которое больше и не оружие вовсе.

И когда оно снова мерцает, а затем тускнеет, он…

делает

прыжок,

и его разум находит ее и ДЕРЖИТ КРЕПКО.

И с криком, один за другим, его экипаж и его ругающаяся на чем свет стоит сестра устремляют свои мысли вслед за ним, и они образуют цепь, которая удерживает маленькую частичку девушки в этом времени и в этом пространстве…

И пока кристальный корабль исчезает, все они вместе с ней наблюдают, как он оказывается очень, очень далеко, во тьме между галактиками, где нет иной жизни, где ничей дом или сердце не может быть отнято.

И они смотрят, как корабль растворяется в небытии, оставляя после себя лишь одного человека, плавающего в темноте.

И он улыбается, запрокидывает голову и медленно выдыхает. И выдыхает он миллионы звезд, миллионы душ и даже больше, пока черное пространство не начинает светиться так же ярко, как любая галактика, пока Ра'хаам не начинает танцевать и мерцать, точно светлячки, точно новые сине-зеленые звезды, бесконечные созвездия, живые, любящие и соединенные навеки.

И медленно, более ненужное, тело человека рассыпается в прах.

И все же упрямая пятерка цепляется за одну-единственную звезду, работая на пределе своих возможностей, такие неистовые, такие полные любви и решимости никогда больше не оставлять никого из своей команды позади.

И эта звезда – я.

– Бе'шмаи, – шепчет Кэл. – Вернись домой.

– Ты все еще нужна нам, – зовет Скарлетт.

– Нам еще многое предстоит увидеть, – говорит Фин.

– Ты не будешь одна, – обещает Тайлер.

– С ним станет невозможно жить, если ты этого не сделаешь, – бормочет Саэдии.

И при этих словах всех нас охватывает смех, и на мгновение мне почти хочется выпутаться, выбраться наружу, но я не вижу способа.

– Цзе-Линь, – шепчет Ра'хаам, каждый голос сливается воедино, меняется, наслаждается своей вновь обретенной индивидуальностью.

Чего ты желаешь?

Я желаю…

Бе'шмаи, вернись домой.

Ты все еще нужна нам.

Нам еще многое предстоит увидеть.

Ты не будешь одинока.

С ним станет невозможно жить, если ты этого не сделаешь.

И тут раздается еще один голос, от еще одного члена моей команды.

Кэт – одна из тех великолепных звезд, голос в моей голове, грубое плечо, прижимающееся к моему, улыбка словно ртуть. Только что вспомнившая себя личность, что будет жить здесь вечно.

Время еще не пришло, безбилетница.

И, слегка подтолкнув, она показывает мне, где найти линию разлома, на что надавить, чтобы…

…но как же цена?

Цена.

Погибнуть в огне войны легко. Жить в свете мира гораздо труднее.

Я тянусь к Кэлу, который последовал за мной в Эхо, в будущее и снова домой, и моя полуночная синева находит его фиалковое сияние, и мой разум ласкает его, пытаясь запомнить каждую частичку, пытаясь узнать его, чтобы никогда не забыть.

Разлом начинает закрываться, связь между нашей галактикой и местом, куда ушел Ра'хаам, постепенно исчезает, а Кэт и я, мы переплетены, и сквозь меня проносится симфония воспоминаний: сине-зеленая планета, где она умерла и родилась, и снова, – танцевальный зал под водой; ворованные полетные часы; ночь, которая должна была стать идеальной, но в итоге разбила сердце; и дальше – позаимствованные наряды, шутки на уроках и вступительных экзаменах, лица, чувства, мгновения, проносящиеся мимо, и вот, наконец, критическая точка – сцена, в которой мальчик толкает девочку в первый день в детском саду.

Она показывает мне, как много воспоминаний может вместить в себя одна жизнь.

И я сразу же вижу гармонию Ра'хаама и вижу дикую, непредсказуемую красоту жизни, прожитой в одиночестве – но никогда одной.

Я собираю все свои последние силы и отворачиваюсь, чтобы не пришлось видеть…

…и делаю надрез.

Я сажусь, задыхаясь, как под водой, и вижу, что вокруг меня собрались мои друзья: Тай, Скарлетт и Фин. Саэдии кладет руку на плечо Кэла, и я пытаюсь дотянуться до него, успокоить его, и…