– Поэтому мы и говорим подобным образом. Но, так или иначе, мы найдем для тебя новое место…

Они змеи, которые решают все за нее. Снова…

Конечно, проще поддаться, расслабиться, согласиться. Они бы все организовали, все предоставили, деньги, жилье, защиту… Но за это все нужно платить. Своим молчанием о Кее, например. Забыть про то, что ее убили, и не ворошить змеиное гнездо… Бессмысленно к тому же…

– Я вам не доверяю, – наконец произнесла Нура. – Всем вам.

Деманси фыркнул и закатил глаза. Он явно был раздражен. Мулга же разочарованно выдохнул. А чего они хотели, интересно? Все, что точно удалось узнать о них: то, что они не убьют ее мгновенно, и то, что они лгут. Это не приблизило к разгадке убийства сестры.

– Я хочу тебя защитить, Нура. – Аспид чуть склонил голову. Голос его приятно вибрировал, как в прошлый раз, когда… Когда ей хотелось подчиняться. А этого она допустить не могла.

– Защитить меня, как ты защитил Кею?

В алых глазах она ждала увидеть злость, но увидела лишь боль. Боль утраты и вины, которую Нура не спутала бы ни с чем. Потому что она сама это испытывала. Вину за то, что за три года не смогла узнать, чем жила ее собственная близняшка. И боль от того, что Кея мертва, а вместе с ней и какая-то очень важная часть самой Нуры. Но она уже не могла остановиться:

– Вы играете в свои змеиные игры со мной. И я уверена, так же играли и с Кеей. Не говорите теперь о защите, потому что, может, не вы ее убили, но мертва она из-за вас. Из-за тебя, Аспид.

Тот замер, стиснув челюсть, в его распахнутых глазах плескалось отчаяние и горечь. Наверное, он знал, что отразилось в них, потому что на мгновение зажмурился, а когда снова раскрыл глаза, взгляд уже был холодным и решительным.

– Это было жестоко, – наконец Аспид усмехнулся. Наигранно.

– Учусь быть беспощадным ястребом, – ответила Нура точно такой же наигранной усмешкой. – Вы знаете достаточно. Помогать вам я не стану, как вы не помогаете мне.

– Думаешь, твой сталкер отстанет, как только ты переедешь? – ухмыльнулся Деманси.

– Думаешь, только вы знаете больше, чем говорите, сладенький? – прошипела она, пародируя его обращение к ней. И снова ее ожидания не совпали с реальностью. Она ждала раздражения, но в зелено-желтых глазах увидела удивление и… почти восторг. – Так или иначе, господа, сейчас я вернусь в квартиру, заберу вещи и уйду. Это все.

Она поднялась, на деревянных ногах дошла до выхода и наконец оказалась на улице. Никто не стал ее останавливать.

Дождь прекратился, пахло озоном и влажным асфальтом, было прохладно. Нура облегченно выдохнула. Она не знала, сделала ли правильно или, напротив, все испортила и усугубила проблемы. Но, по крайней мере, она сама вершит свою судьбу и никому ничего не должна. Пусть и медленно, но она начинала понимать законы серпентария и уже могла дать отпор… Хотя бы словесный.

В квартиру Нура возвращалась не спеша, продолжая обдумывать, что делать дальше. Нельзя ни на кого полагаться – это точно. Что касается Уробороса… Он хотел дать ей какую-то информацию… Зачем? В чем его выгода? Чего он добивался? Но он хотя бы оставил записку и назначил встречу. Может, там ей удастся что-нибудь узнать? Если ее не убьют, конечно…

Нура застыла почти у самого входа в дом. Оставалось лишь подняться по ступенькам и скрыться за дверьми, открывающимися по оттиску. Но волосы на затылке встали дыбом, а по спине пробежали мурашки. Ощущение было такое, словно кто-то стоял прямо за спиной и его дыхание щекотало шею, а липкий взгляд оставлял почти ощутимые следы. Нура резко обернулась, с тревогой оглядывая двор между многоэтажными домами. Парковка пуста, где-то вдали шли люди, но никого подозрительного…

Решив не искушать судьбу, Нура забежала внутрь. Чем быстрее она уберется отсюда, тем лучше. Охранник все еще сидел на этаже, но он уже доказал свою бесполезность. Змей смог пройти и мимо него…

Внутри квартиры было тихо, пахло едой. Желудок предательски заурчал.

– Если бы он хотел меня убить, давно бы убил, – пробормотала Нура, осторожно надкусывая блинчик.

Даже остывший, он был невероятно вкусным. Вот же гад! У него явно талант… Забавно… Страшный и загадочный Уроборос умел готовить вкусные блинчики…

Нура доела и захохотала. Смех был надрывный, болезненный, постепенно он превратился в натужные всхлипы и слезы. Пришлось оставить импровизированный обед и пойти умыться. В коридоре она замешкалась и вернулась в спальню, где осталось их с Кеей детское изображение. Взяв рамку в руки, Нура подняла взгляд к зеркалу. Оттуда на нее смотрело собственное отражение, до боли похожее на сестру. Будто именно она сейчас следила за своей близняшкой.

– Не переживай, я найду того, кто это сделал. Я обещаю. – Нура подняла руку, касаясь ладони Кеи. Холодная поверхность зеркала будто бы стала прозрачной, через нее Нура могла общаться с сестрой по ту сторону. Их пальцы соприкасались и… – Стоп…

Страх снова морозом прошелся по коже. Что-то не так…

Нура прижала к поверхности ноготь и отпрянула. Она вернулась в ванную комнату, где висело зеркало. Точно так же прижала ноготь. Между отраженным и настоящим была тонкая грань, было расстояние… Нура забежала в гардеробную, повторяя то же с узким напольным зеркалом. И снова. Расстояние. Она даже отыскала пудру, в которой тоже было зеркало, и проверила на нем. Расстояние. Нура вернулась в спальню, снова прижимая ноготь к зеркалу. Ноготь к ногтю. Никакого расстояния. Даже крошечного.