– Завтра поищем рецепт в интернете. Ну, или найдем того, кто сделает нам домашний. Только не переживай.

– Я не переживаю, можно еще позвонить Дашке, вдруг у нее есть рабочий рецепт.

– Вот и отлично.

Их взгляды встретились.

– Спасибо за цветок. – Тихо проронила Лера.

Ее сердце заколотилось в отчаянном ритме.

– Пожалуйста. – Ответил Соло с бесстрастным выражением лица и направился в ванную.

В образовавшейся паузе стук в дверь прозвучал, как звук молота о наковальню. Лера встала и открыла дверь.

На пороге стоял Антон. Покрасневший, смятенный, с бегающим взглядом.

– Лер. – Почти прошептал он.

– Да? – Взволнованно спросила она.

Неужели, это оно? Что-то изменилось? Он что-то почувствовал? Захотел поговорить?

– Я хотел… - Он сглотнул и бросил быстрый взгляд в коридор. – Мне надо… Я…

– Что такое, Антох? – Послышался голос Кирилла у нее за спиной.

– Я хотел, сказать, что тетя Галя зовет всех на ужин! – Испуганно выпалил Антон, развернулся на пятках и буквально дал деру.

Лера тряхнула головой. Что это было, вообще?

Она закрыла дверь, обернулась и обомлела. Соло стоял возле ванной в одном полотенце на крепких бедрах и хитро ухмылялся.

– Только не говори, что ты разделся не специально. – Обведя его тело изумленным взглядом, произнесла Лера.

– Нет, конечно. Это ж наша спальня: ходим тут, как хотим! – Всплеснув руками, заметил он и вернулся в ванную.

Заглянув в проем, Балабося увидела разбросанную на полу одежду. Он явно торопился предстать перед ее бывшим без штанов. Вот же гад!

– Надеюсь, когда ты спустишься на ужин, лифчика под твоей очаровательной кофточкой не будет? – Выглянув, решил уточнить Кирилл. – Мне нравится, как этот тип смотрит на женщину, с которой я сплю, и бесится, что он ее упустил.

– Думаешь, он бесится? – Подошла к двери Лера.
– Думаешь, он не любит Катю?

Соло уже оделся и повернулся к ней.

– Ты это сейчас как будто с надеждой сказала.

– Может быть. – С усмешкой дернула плечами девушка.

– А я как будто немного приревновал тебя к нему. – Хитро улыбнулся он. – Ну, не безумие ли?

Она рассмеялась, и они отправились вместе ужинать.

***

После ужина и двух шахматных партий, сыгранных Кириллом с дедушкой, они с Лерой поднялись к себе наверх.

– Давай, завтра упакуем подарки? – Предложил он, раздеваясь. – Я совершенно без сил.

– Да, конечно. – Ответила она, не в силах отвести от него глаз. – Я тоже.

Выключив свет и позабыв про чертовы пижамы, они повалились в постель. Соло лег на спину. Лера рядом. От него пахло мандаринами, которые он чистил для нее за ужином, а она хотела лишь одного – чтобы он снял с нее чертову футболку и помог избавиться от трусов. Ее тело дрожало от желания, а сердце сбилось с ритма.

– Ты замерзла? – Спросил Кирилл.

«Да я, мать твою, на грани! Просто на грани!» Сделай же что-нибудь!

– Нет. – Ответила она хрипло.

– Ладно. – Он подтянул к ней край одеяла, немного ущемив при этом себя.

Дьявол, ее практически било током от возбуждения. Вероятно, Соло был прав: ей придется просить его заняться с ней любовью, когда она больше не сможет и дальше изображать из себя ледяной айсберг. Ждать оставалось недолго, ведь она действительно уже почти готова была его умолять. Она точно спятила. Это какое-то сумасшествие.

Этот восхитительный запах, близость его тела. У нее крыша ехала от осознания того, что этот большой, сильный, горячий... Проклятье! Этот шикарный мужчина лежит совсем рядом – практически вплотную к ней, и она чувствует его тепло. Боже, где ее сила воли?

– Ты спрашивала про отца. – Шепотом сказал Соло. – Он погиб в железнодорожной аварии. Поезд столкнулся с грузовиком. Поэтому я поезда не очень люблю.

– Боже. Мне очень жаль. – Произнесла Лера. – Прости, что пришлось пересилить себя ради того, чтобы добраться сюда.

– Ничего. Сегодняшняя прогулка компенсировала все неудобства.

– Да. Было душевно.

– Знаешь, какое у меня самое яркое воспоминание из детства?

– Какое? – Спросила она.

– Как я сижу на балконе и жду отца, а в воздухе, пронзительно крича, кружат стрижи. Теперь этот звук у меня всегда ассоциируется с летом.

– А мне нравилось, когда мы ездили на реку Каму, папа рыбачил в заливе, а я гуляла вдоль берега с мамой. Там так густо пахло земляникой во время жары, а аромат хвои придавал ей свежесть. Для меня это запах настоящей дикой природы, такого никогда не почувствуешь в городе.