— Мужики, — я говорил спокойно, стараясь, чтобы мой голос не выдавал напряжения. — Зачем нам конфликт? Вы отдыхаете, мы отдыхаем. Места здесь всем хватает. Давайте разойдемся мирно.

— А мы и не хотим конфликта! — Бычок оскалился, демонстрируя золотые фиксы. Улыбка была мерзкой, похотливой. — Мы хотим дружить! Особенно с такими вот красотками!

Он снова посмотрел на девушек за моей спиной, медленно и грязно облизав губы.

— Темненькая и блондиночка! Прям огонь и лед! Мечта поэта!

— Девушки не заинтересованы в вашем знакомстве, — твердо сказал я.

— А ты откуда знаешь? — тощий, которого уже прозвал Козлом за бородку, подмигнул Кристине. — Может, эта блондиночка давно хочет настоящего мужика попробовать, а не с таким вот хлюпиком время терять? А, красавица?

— Отвали от нее! — не выдержав, крикнула Вероника, выглядывая из-за моей спины.

— О-о-о! — с восхищением протянул лысый качок, которого, очевидно, звали Шаром. — А темненькая-то с характером! Темпераментная! Я таких люблю! Они в постели — просто огонь! Царапаются, кусаются!

Он сделал непристойный жест руками, изображая большую женскую грудь.

— Такие формы, такая попка! М-м-м! Конфетка!

Провокация усиливается. Они намеренно говорят гадости, чтобы вывести меня из себя. Хотят, чтобы я нанес первый удар, тогда формально они будут «защищаться». Стандартная схема.

Бычок сделал еще один шаг вперед. Теперь между нами было меньше метра.

— Короче, салага, расклад простой. Ты сейчас разворачиваешься и валишь отсюда, куда глаза глядят. А девчонки идут с нами. Повеселимся, потанцуем, выпьем. А потом… — он похабно ухмыльнулся. — Потом посмотрим.

— Это не обсуждается, — отрезал я.

— Чего-о-о? Не обсуждается? — Бычок медленно наклонил голову набок, как бык перед атакой. — Ты мне тут еще условия будешь ставить?

— Я выбираю третий вариант, — спокойно сказал я. — Вы разворачиваетесь и уходите к себе на поляну. Мы остаемся здесь. Всем хорошо.

— Третий?! — Бычок расхохотался. Громко, лающе, запрокинув голову. — Ты что, парень, совсем охренел?! Борзометр сломался?!

Козел и Шар, услышав смех своего вожака, начали медленно расходиться в стороны, окружая меня плотным полукругом. Классическое построение для группового нападения.

Сейчас начнется. Бычок взвинчен до предела. Переговоры провалены. Единственный оставшийся вариант — физический контакт. Нужно выбрать цель для первого удара.

И он сорвался.

Без предупреждения, без замаха, Бычок резко выбросил правую руку. Типичный уличный хук — короткий, хлесткий, нацеленный точно в мою челюсть.

Траектория предсказуема. Правая рука идет по широкой дуге. Скорость средняя, алкоголь в крови замедляет реакцию. Уклонение — оптимальный вариант.

Я слегка отклонился назад, перенося вес тела на заднюю ногу. Огромный, как кувалда, кулак прошел в сантиметре от моего подбородка. Я почувствовал ветер от удара. Инерция протащила Бычка вперед, разворачивая его ко мне правым боком. Идеальная позиция для контратаки.

Время для ответа. Быстро и эффективно.

Я мгновенно активировал Сонар. Луч прошел сквозь его ногу, высветив в моем сознании всю ее анатомию — кости, мышцы, связки и, главное, — нервы.

Вот она. Подколенная ямка с внешней стороны правой ноги. Точка, где общий малоберцовый нерв огибает головку малоберцовой кости. Идеальная болевая точка для временной нейтрализации.

Я резко, как пружина, шагнул вперед и нанес короткий, точный удар носком кроссовки точно в эту точку. Не слишком сильно — ровно столько, чтобы вызвать компрессионную травму нерва, но не его разрыв.

— А-А-А-А! — Бычок взвыл как раненый медведь, инстинктивно хватаясь за колено. — Сука! Ты мне ногу сломал! Сломал, гад!

Правая нога подкосилась, как будто сделанная из ваты. Бычок грузно рухнул на песок, продолжая выть и баюкать колено.

— Не чувствую ногу! Отнялась! Паралич! Скорую!

— Не сломал, — спокойно поправил я, делая шаг назад. — Это временная нейропатия малоберцового нерва. Через пять-семь минут чувствительность и подвижность полностью восстановятся. Максимум — будет небольшой синяк.

Медицинские знания — это оружие. Знание анатомии и неврологии позволяет обездвижить противника, не нанося ему серьезных, необратимых увечий.

Козел и Шар на секунду замерли, с недоумением глядя на своего вожака, корчащегося на песке. Затем переглянулись, и их лица исказились от ярости. Они бросились на меня одновременно с двух сторон.

— Убьем, сука! — заорал Козел, замахиваясь для удара левой рукой.

Левой? Странно для правши. Стоп…

Сонар снова заработал на полную мощность, сканируя обоих за долю секунды.