– Кто это такие? – спросил Ник.

– Наши звезды, – ответил Кирилл Петрович. – Один любит Родину, второй – женщину.

– А по-моему, оба – педики, – призналась я.

Ксения кивнула. Вова, Гена и Кирилл Петрович расхохотались.

– Марина, а ты не хочешь, чтобы с твоего тела ели морепродукты? – с самым серьезным видом спросил Лассе.

– Мне кажется, после этого тело долго будет вонять рыбой. Я не могу сказать, что мне нравится этот запах.

Ксения сообщила, что один ее стареющий любовник попробовал рекомендованный звездой шоу-бизнеса коктейль. Никаких улучшений в постели она не заметила, а у него потом весь день страшно болела голова.

– Морепродуктов в этой квартире все равно нет, – напомнила я. – Поэкспериментировать мы не сможем.

– Крабовые палочки есть, – сказал Иван Васильевич.

– Но они хороши в салате, – заявил Вова. – С рисом, майонезом, яичком. Марин, сделай завтра с утра, а?

– И ты будешь это есть с Марины? – спросила Ксения.

– Что я, педик, что ли, как эти певцы? – обиделся Вова. – Я салат за столом ем. От еды надо за столом удовольствие получать. И вообще мне виагра не требуется. Как с устрицами, так и без.

– Так кого ты бы желала сегодня видеть с собой в постели, Ксения? – опять поинтересовался Кирилл Петрович. – Без устриц и без виагры.

– Тебя.

– Польщен. Я, правда, не любитель шведских троек. Меня одного тебе будет достаточно? Я справлюсь и без крабовых палочек.

Ксения задумчиво оглядела его с головы до ног, потом кивнула и заявила:

– Попробуем. Ты тут – лучший экземпляр.

– Это как понимать?! – закричал Вова.

– На вкус и цвет товарищей нет, – сказала я, чтобы сгладить очередной разгоравшийся конфликт, правда, не международный.

– Зачем тебе баба после чеченского террориста? – хлопнул Вову по плечу Иван Васильевич.

– Да забудьте вы про Шамиля! – заорала Ксения. – Это вообще была рекламная акция!

– А что ты рекламировала? – спросила я. – Боеголовки? Ракеты дальнего радиуса действия? Гранаты? Что-то я пропустила эту рекламу. Или она шла на арабские страны, потому что их женщины никогда не согласятся сниматься обнаженными на пушке? Или ты на боеголовке снималась?

– Да это мои лучшие снимки! – завопила Ксения.

– Обнаженной на пушке? – обалдело переспросил Лассе. – Ты снималась…

– Ты в самом деле обнаженной снималась? На пушке? – Я не могла поверить. Я же шутила, а попала в точку.

– Для «Плейбоя», – гордо сообщила Ксения. – Да, я снималась с разными видами оружия. Очень эротично получилось.

Ник с Лен выпучили глаза.

– И у вас допустили эти снимки к публикации? – шепотом спросила Лен.

– А почему бы нет? «Плейбой», кстати, ваш журнал.

– А Шамиль-то здесь с какого бока? – поинтересовался Кирилл Петрович.

– Он спонсировал фотосессию. Там много снимков было. В журнал вошли лишь несколько. Остальные Шамиль себе забрал. На память. И мы тогда с ним несколько раз на людях появились.

– Идея сфотографировать тебя с оружием принадлежала Шамилю? – спросил Лассе.

Ксения кивнула и пояснила, что «Плейбой» с радостью за нее ухватился. Тем более весь реквизит обеспечил Шамиль.

– Может, теперь таким образом поставки оружия проводятся? – хмыкнул Вова. – А что, идея оригинальная.

Ксения открыла рот. Видимо, подобное ей в голову не приходило.

– Вы все – сумасшедшие, – объявил Ник, подхватил под ручку Лен, и они отправились в кабинет, в котором проснулись.

Правда, вначале американцы заглянули в зал и выбрали себе там постельное белье и пледы. Подушки имелись и на диванчике в кабинете.

– Эй, а ты на глаз компресс с мочой ставить собираешься? – крикнул вслед Нику Вова. – Тогда к завтрашнему утру будешь как новенький. Если хочешь, мы все можем пописать, чтобы уж точно помогло.

Ник не удостоил Колобка ответом.

– Не верит в наши народные средства, – демонстративно покачал головой Вова.

– А разве на глаз мочу ставят? – с самым серьезным видом спросил Лассе.

– В Финляндии уринотерапия известна? – уточнил Иван Васильевич.

– Да, – кивнул Лассе. – Но не для лечения глаз.

– Дело не в глазе! – закричал Вова. – А в отеке!

– Я понимаю, – кивнул Лассе. – Но все равно это опасно!

– Какие вы все, иностранцы, занудные, – заметил Гена и предложил Вове еще выпить на сон грядущий.