Не нужно было обладать особой интуицией, чтобы, увидев внизу такое количество вооруженных людей, не догадаться о засаде. Розита круто развернула мустанга и понеслась навстречу конскому топоту, который, подобно отдаленному реву могучей реки, надвигался на нее в ночи.

Сорок всадников Эль-Кида она заметила еще издалека и, заставив мустанга присесть на задние ноги, стремительно съехала на дно каньона, будто ястреб с небес, оставляя за собой тучу пыли и мелких камешков.

Розита сразу же узнала в высокой фигуре на длинноногом жеребце Эль-Кида. Заслышав крик девушки, он подъехал к ней и, натянув поводья, взял за руку.

— Тебе известно, — едва сдерживая смех, начал он, — что сорокам не положено летать по ночам? Что случилось?

— Ниже по ущелью вас поджидает две сотни вооруженных людей! — воскликнула девушка. — Боже милостивый! Их точно не меньше двух сотен! Это целая армия! Возвращайтесь назад! Возвращайтесь!

Все сорок разбойников Рубриса, осадив дымящихся от пота коней, сгрудились вокруг вожака.

— Наш начальный план провалился, — констатировал Вильяхен, виртуозно владеющий ножом. — Как нам действовать теперь, сеньор?

— Они поджидают нас верхом на конях? — поинтересовался Эль-Кид.

— Нет. Но готовы по первому же сигналу вскочить в седла. Они притаились за теми большими валунами, где…

— Я знаю это место.

И Кид начал потихоньку петь индейскую песенку:

Когда ты целовала меня, когда я слышал твое дыхание,

Над моим ухом пропела стрела,

Крылатая стрела, выпущенная в небо из лука;

И теперь моему сердцу суждено кровоточить вовек.

Все сорок головорезов Рубриса, не проронив ни слова, слушали, пока Кид не пропел последнюю фразу.

— Можно попробовать перебраться через гребень и спуститься в соседнее ущелье, — наконец вымолвил он.

На что Ороско, прославившийся умением уводить коней, возразил:

— Дно соседнего ущелья занесено песком — мы будем ползти по нему не быстрее улиток.

— К тому же они уже слышали топот ваших копыт! — воскликнула Розита. — Не остается ничего другого, как повернуть назад…

Но Эль-Кид снова повторил:

— Можно перевалить через гребень и тихонько спуститься в другой каньон.

— Тогда люди Лерраса окажутся у нас за спиной, — засомневался Ороско.

— Не забывай, что он соединен с каньоном Грегорио, — напомнил Кид. — Они сообщаются узким разломом. Розита, люди Лерраса караулят нас по эту сторону разлома?

— Они там, — ответила девушка. — Но послушай… О, я знаю, что за дьявол вселился в тебя! Вижу это по блеску твоих глаз! Но ради Бога, не забывай, что…

— Вильяхен, возьми еще пятерых ребят, и гоняйте коней взад-вперед. Да по тому месту, где побольше камней. Шумите как можно громче, можете пальнуть пару раз. Главное — побольше шума и топота. Остальное за мной! И не отпускайте от себя Розиту.

Перевалив через гребень, отряд Кида спустился в соседнее узкое ущелье, дно которого действительно покрывал глубокий слой песка; он заглушал топот конских копыт надежнее, чем если бы их обернули мягким бархатом. Лишь изредка слышалось поскрипывание седла, негромкое звяканье шпор или легкий шлепок проседавшего под копытами песка.

Так Кид и его отряд добрались до узкого ущелья, ведущего в каньон Грегорио.

Монтана, спешившись, пошел первым, ведя за собой жеребца, который осторожно ступал за ним с грацией вышедшего на охоту ягуара. Наконец он достиг узкого пролома и осторожно выглянул из-за скрывавшей его каменной стены.

Вся засада, освещенная лунным светом, открылась перед ним как на ладони. Он увидел стражников Лерраса, застывших в ожидании возле своих коней; увидел рассеянных по скалам стрелков. А издалека, из глубины каньона по-прежнему доносился топот копыт, который то приближался, то снова откатывался назад. Пожалуй, люди Лерраса уже начали задаваться вопросом — почему отряд не приближается к ним? Однако каждому, кто бывал в горах, хорошо известно, какое ненадежное занятие определять по звуку расстояние.

Вернувшись к ребятам, Кид сообщил:

— Они сразу же за поворотом, но смотрят в противоположную сторону. Стреляйте в воздух. В драку не лезть. Наша задача — только заставить их побежать.

И в следующее мгновение вся лава из тридцати с лишним всадников сорвалась с места, сквозь узкую брешь влетела на свободное пространство каньона Грегорио и с дикими воплями и беспорядочной пальбой налетела на скученных между камнями людей Лерраса.