Шок охватил всех на борту «Молота». Наконец Тримбл подал голос:

— Что за чушь? В Литве нет «Бригады Железного Волка» Великого Князя.

— Пальсикас... Пальсикас... — пробормотал Маркс, затем, вспомнив доклады наземных разведгрупп, объявил: — Пальсикас! Доминикас Пальсикас, командир Литовских Сил Самообороны!

— Он атаковал их, — произнес Уол с восхищением. — Этот чертов литовский генерал напал на них.

— Это не просто нападение, а военный переворот, — решил Маркс. — Если его слова правда, значит, он и командует литовскими войсками, находящимися внизу.

— А это значит, что мы можем продолжить операцию, — воскликнул Макланан. — Мы американцы, и мы не пытаемся захватить «Физикоус». — Он замялся, потом понял, чем это в действительности грозит их операции. — Боже мой... Люгер...

— Похоже, Пальсикас мог стать виновником смерти этого «зомби», — предположил Тримбл. — Если у них есть приказ в случае нападения уничтожить заключенных, то он уже мертв.

— Заткнись! — крикнул Макланан, готовый ударить Тримбла.

— Теперь мы не можем высаживаться, — продолжил Тримбл, не обращая внимания на порыв Макланана. — Наша операция секретная, и нам, черт побери, не нужны зрители, наблюдающие, как мы садимся на крышу.

— Мы не можем улететь, пока не заберем Люгера, — вмешался Ормак. — Живого или мертвого, но мы должны забрать его.

— На черта это нужно?!

— Пальсикас разрешает нам находиться в воздухе над территорией «Физикоуса», — настаивал Макланан. — Если мы дадим ему понять, что мы не враги, то сможем продолжить операцию.

— А что, если это не Пальсикас? — возразил Тримбл. — Что, если это омоновцы пытаются хитростью вынудить нас совершить посадку? Да эта установка «Зевс» разнесет нас в клочья, как только мы подойдем ближе. Лейтенант, я предлагаю свернуть операцию. Давайте действовать как положено, сэр. Нужно немедленно убираться отсюда к чертовой матери!

Штаб охраны конструкторского бюро.

— Да... вы меня правильно поняли! — кричал майор МСБ Терехов в микрофон рации. — «Физикоус» окружен вооруженными литовцами, и базу бомбит какой-то неопознанный самолет... Да нет же, осел, это не учения! Мне плевать, что это открытый канал! Мне, черт побери, немедленно нужна эскадрилья штурмовых вертолетов и зенитные средства, а еще батальон войск СНГ с бронетехникой! Предупредите армейское командование СНГ в Риге, что литовцы штурмуют «Физикоус». Потребуйте пехоту и технику... Да, свяжитесь прямо со штабом от имени генерала Габовича. — Терехов понимал, что снова превышает свои полномочия, но обстановка была очень серьезной...

— Что вы делаете, Терехов? — прервал его полковник Кортышков. Младший сержант привел командира охраны конструкторского бюро в кабинет, где Терехов разговаривал по рации. Про себя Терехов решил, что этот же сержант будет конвоировать Кортышкова куда следует — после того, как все закончится. — Вы не имеете права приказывать штабу, чтобы сюда прибыли войска и зенитные средства. И я запретил всякие переговоры по рации из этого здания без моего специального разрешения.

— Твое разрешение волнует меня в самую последнюю очередь, — бросил Терехов. — А в первую очередь — оборона «Физикоуса» и безопасность наших проектов. — Закончив говорить по рации, Терехов наградил Кортышкова угрюмым взглядом и спросил: — Отыскали генерала Габовича?

— У меня все еще нет связи с южными воротами и с подполковником Степановым...

— Ничего тебе нельзя поручить, — рявкнул Терехов. — Необходимо срочно разыскать генерала Габовича и предупредить его, чтобы держался подальше от «Физикоуса».

— Тогда я предлагаю вам пойти и найти его. Или вы все еще не решили, выполнять ли свою директиву «Зулу»? Тогда позвольте мне помочь вам. — С этими словами Кортышков сунул руку в кобуру, вытащил «Макаров» и ткнул пистолетом Терехова в плечо. Указав стволом пистолета на забаррикадированную входную дверь, а затем на лестницу, которая вела в подвал, Кортышков сказал: — К генералу вам сюда, а к своей беспомощной жертве — туда. Посмотрим, как вы справитесь с этими обеими задачами.

— Я приказываю тебе, полковник, выполнить директиву «Зулу».

— А я отказываюсь, — ответил Кортышков. — Мои люди сказали мне, что человек, находящийся в камере в подвале, американский офицер. Не продажный советский ученый, а американец! Офицер! Даже грязных свиней содержат в лучших условиях! Вы... — И тут Кортышков осекся, глаза его округлились от страха, он понял, что происходит. — О, Господи, да это же американцы нас атакуют! Они, наверное, хотят освободить своего офицера!

— Не будь идиотом! Ты что, совсем рехнулся? — прорычал Терехов. Он не мог дождаться той минуты, когда Габович загонит этого строптивого болвана куда-нибудь в тундру.

— Вы считаете меня идиотом, майор? Подумайте сами.

И в эту секунду Терехов, охваченный нарастающим ужасом, понял, что Кортышков прав. Существовало только одно объяснение всем этим спланированным событиям. Это проклятые американцы штурмуют «Физикоус»! И для этой цели, наверное, задействовали и смехотворную армию литовцев — «Бригаду Железного Волка». Терехов выругался, желая в душе, чтобы грядущий день никогда не наступил.

— Если вы намерены убить беззащитного офицера, то делайте это сами! Благодаря вам, майор Терехов, я вынужден защищать «Физикоус» от американских спецназовцев! — Кортышков повернулся и ушел, оставив Терехова достаточно разъяренным для того, чтобы выстрелить в спину строптивому, страдающему печенью офицеру и положить конец его бесполезному существованию. Но у Терехова были более важные дела.