— Откуда вы знаете, может, они входят в состав войск СНГ?

— У самолетов СНГ из разных республик — за исключением России — на борту большой белый ромб, внутри которого нарисован их флаг и опознавательные знаки, — пояснил Рейнольдс. — Это позволяет легко определять их в воздухе и с земли, и они могут свободно летать в воздушном пространстве всех стран — членов СНГ. А у этих вертолетов вокруг флагов белого ромба не было. Это были белорусские вертолеты. Я в этом совершенно уверен.

— Радист, в дополнение к сообщению. Посол Рейнольдс опознал напавшие штурмовые вертолеты как белорусские. Повторяю: белорусские. Сбитый вертолет упал на территории посольства, мы исследуем обломки на предмет установления его принадлежности. Можете передавать.

Юргенсен уже собрался отправить морских пехотинцев тушить огонь на обломках сбитого вертолета противника, как заработала его портативная рация.

— Сэр, получено сообщение от «АМОС-10». — «АМОС» был позывным разведгрупп спецназа, рассредоточенных на территории Литвы. — Они докладывают о продвижении войск. Как минимум бригада направляется на большой скорости на запад с белорусской военной базы Сморгонь. — База армейской авиации Сморгонь, расположенная в северо-западной части Беларуси, находилась всего в тридцати морских милях от литовской границы и в пятидесяти пяти милях от Вильнюса. — Передача оборвалась во время уточненного доклада о составе колонны. «АМОС-10» сообщил о четырех вертолетах. И тут связь оборвалась.

— Все понял, — ответил Юргенсен. «Боже мой, белорусы собрались оккупировать Литву. Все перемещения войск, усиление техникой, которые мы наблюдали и о которых получали сообщения, — все это было прелюдией к оккупации. И надо же, из всех проклятых дней они выбрали именно этот для нападения своих армий на Литву». — Освободите прямой закрытый канал связи с 26-м экспедиционным отрядом, а потом предупредите по радио штурмовую группу в «Физикоусе». Похоже, им пора сворачиваться. Сообщите о налете вертолетов и прикажите любым путем как можно быстрее прибыть в посольство. Выполняйте.

Командный центр ВС США, Пентагон,

13 апреля, 04.02 по вильнюсскому времени.

Войдя в Командный центр ВС США в Пентагоне, генерал Вилбор Кертис очень удивился, увидев Брэда Эллиота, одетого в летный костюм.

— Собрался куда-то лететь, Брэд? — лукаво спросил он.

Эллиот почтительно поднялся, когда Кертис вошел в комнату, но на вопрос не ответил. Черты лица его были напряжены, губы крепко сжаты. Сначала Кертис решил, что такое выражение лица у Эллиота от боли, но быстро понял, что Эллиот просто зол. Очень зол.

Генерала Эллиота, начальника Технологического центра аэрокосмических вооружений, Кертис нашел в секции поддержки Командного центра — большом, похожем на аквариум зале заседаний, из которого начальники штабов родов войск и их помощники руководили боевыми операциями во всех точках земного шара. Секция поддержки представляла собой балкон со стеклянными звуконепроницаемыми стеклами, с которого открывался вид на главную командную секцию. При необходимости на этом балконе располагались наблюдатели и военные рангом пониже, его можно было изолировать от главной командной секции с помощью жалюзи с дистанционным управлением. В настоящий момент жалюзи секции поддержки были открыты, поэтому Брэд Эллиот мог видеть огромный экран командного планшета — систему, состоявшую из экранов восьми мощных компьютеров, на которых могла высвечиваться вся информация — от спутниковых съемок до различных цифровых таблиц. Сейчас на экранах были карты нескольких районов Балтийского моря, карты Литвы, Вильнюса и несколько метеорологических схем.

Кертис махнул Эллиоту, чтобы тот сел на место, и отпустил штабного офицера, которому было поручено сопровождать Эллиота.

— Ну, как дела, Брэд? — поинтересовался Кертис.

— Бывали и лучше, — резким тоном ответил Эллиот.

— Значит, ты еще не знаком с последними событиями. Понятно. Когда ты намерен отправиться в Вашингтон?

— Нам надо сначала поговорить здесь, сэр.

— Да не называй ты меня «сэр», Брэд. — Кертис попытался несколько разрядить обстановку, но Эллиот продолжал сердито смотреть на своего начальника. Похоже, он даже несколько напуган, подумал Кертис. — Как ты поступаешь, Брэд, когда человек, которого ты знал много лет, оказывается уже не тем человеком? Я видел, как менялись многие люди, — война, повышение или понижение по службе, разочарование, озлобление, большая радость... Но некоторых людей ты считаешь достаточно взрослыми и опытными, чтобы не меняться в зависимости от обстоятельств.

— А я не уверен, что хорошо знаю вас, сэр, — резким тоном заявил Эллиот. — Иногда мне кажется, что все военное руководство только и делает, что ловчит и изворачивается.

— На самом деле это не так, Брэд...

— Так в чем же дело, генерал Кертис? Наступил конец «холодной войны»? Мир уже гарантирован? Армию будут сокращать вместе с военным бюджетом? Похоже, все перестали четко понимать, что правильно, а что нет. У меня такое чувство, что вы просто швырнули по ветру моих людей туда, в Литву. Никакой поддержки, никакого прикрытия. А я надеялся на Локхарта и Кундерта... Я надеялся на вас — что вы защитите их.

— У них есть защита, Брэд, — спокойно ответил Кертис. — 26-й экспедиционный отряд морской пехоты — лучшая часть для проведения специальных операций. С твоими офицерами все будет в порядке.

— И это во время такой заварухи в Литве! Я наряду с другими тоже получаю данные системы «Милстар», Вилбор. Штурмовая группа в опасности. Они потеряли один «Морской молот», а другой поврежден. Знаю я кое-что и о заявлении президента Светлова, поэтому могу предположить, что он в курсе нашей операции и отреагирует соответственно.