— Но я не буду сидеть сложа руки, когда Соединенные Штаты и Литва уничтожают мою армию и разрушают мир, которого мы так пытаемся достичь, — разозлился Светлов. — Беларусь в плане торговли зависит от мира и безопасности в странах СНГ. У нас важные интересы в Литве, а ее армия террористов...

Один из аналитиков ЦРУ набрал на компьютере: «Ключевые фразы! Зависим... важные интересы в Литве... прелюдия к войне?»

Светлов продолжал:

— ...и должен сказать вам, господин президент, что мое правительство готово предпринять ответные действия, если эти нападения не прекратятся. Мир должен быть восстановлен. — Голос Светлова зазвучал еще более возбужденно, в нем добавилось злости. — Мы используем все средства для установления мира в Балтийском регионе. Все средства. Оставьте Литву в покое и не вмешивайтесь в наши дела, иначе в результате ваших действий пострадают ваши же люди.

На этом президент Беларуси закончил разговор.

Компьютер моментально выдал на экран количество слов и продолжительность разговора, а затем данные всех аналитиков и экспертов, слушавших разговор.

Даже не взглянув на оценки людей из ЦРУ и психологов, министр обороны Томас Престон сказал:

— Думаю, он имеет в виду конкретные действия. Похоже, собрался оккупировать Литву.

— Все признаки этого налицо, господин президент, — добавил Рассел. — Он нарисовал нам однозначную картину — террористы, мир под угрозой, его страна зависит от Литвы, у Беларуси в Литве особые интересы... все упомянул. Он может, воспользовавшись стенограммой этого разговора, выступить по телевидению и объяснить свои действия.

— Но позволить ему ввести войска в Литву может только СНГ, — возразил президент. — А что скажет СНГ? Как они поступят?

— Думаю, это уже больше не имеет значения, сэр, — вступил в разговор председатель Объединенного комитета начальников штабов Вилбор Кертис, жевавший свою сигару. — Он всего один раз упомянул СНГ, а все остальное время говорил о Беларуси. Пожалуй, он готов действовать и без санкции СНГ.

При этих словах все присутствующие согласно закивали головами.

Президент почувствовал нарастающий ком в желудке, события начинали выходить из-под его контроля, он ничего не мог поделать, чтобы остановить Светлова от оккупации Литвы, если тот действительно намеревался это сделать.

— Ладно, — произнес президент, собираясь с мыслями, — что он будет делать? С чего начнет?

Кертис моментально раскрыл свой блокнот с записями.

— Наши аналитики выделили три самые вероятные ударные группировки с учетом перемещения белорусских войск в последнее время. Основной удар может быть нанесен с базы армейской авиации Сморгонь, расположенной на северо-западе Беларуси. Там находятся пятнадцать тысяч войск, двести танков, авиационная бригада в составе примерно шестидесяти штурмовиков и мотострелковая бригада численностью пятнадцать тысяч человек. Им два часа ходу до Вильнюса, но штурмовые вертолеты могут долететь до столицы Литвы меньше чем за тридцать минут, а штурмовикам вообще десять минут лета.

Второй удар может быть нанесен непосредственно с территории Литвы. В Литве расквартировано примерно десять тысяч белорусских солдат. В зависимости от того, насколько пострадала связь от налетов литовцев, они могут быть подняты по тревоге в течение часа.

И третий удар может последовать с территории Калининградской области, этого небольшого русского анклава к юго-западу от Литвы, — продолжил Кертис. — В основном там находятся белорусские войска под непосредственным наблюдением России. Беларусь укрепляет свою базу в Черняховске, это в самом центре Калининградской области, сейчас там у них базируется как минимум одна авиационная бригада в составе ста самолетов и вертолетов, а обычные легкие транспортные вертолеты они заменяют штурмовыми и десантными. Могут нанести удар по Каунасу и порту Клайпеда примерно через тридцать минут после получения приказа. Пехоты на этой базе мало, но они могут бомбежкой с воздуха нанести значительный ущерб этим городам, а затем высадить десант.

— Значит, менее чем через час, — подсчитал вице-президент, — белорусские войска смогут со всех сторон двинуться на Литву, а через пару часов захватить ее?

— Боюсь, что так, господин вице-президент.

В Овальном кабинете воцарилось молчание.

Случилось то, о чем они боялись услышать с самого начала, — Литве угрожала оккупация.

— Кейс, немедленно свяжите меня с президентом Капосиусом, — приказал президент.

— Мы как раз пытаемся сделать это, — ответил Тиммонс, глава администрации президента. — Линии связи повреждены. Пробуем установить связь через посольство США, но у них там тоже сложности.

— Он мог выехать с правительством из Вильнюса, — предположил госсекретарь Данахолл.

— Я хочу поговорить с Капосиусом, — повторил президент. — Мне нужно знать, что он намерен предпринять. Господи, я не могу решать за него...

— Вы должны решиться, господин президент, — поспешно вставил вице-президент. — Гинтарас Капосиус разрешил американским самолетам летать в воздушном пространстве Литвы. Но он рассчитывал, что мы не только спасем наших людей, но и защитим его страну. Так что имеем право действовать.

— Но я хочу услышать это от него, — взорвался президент. — Я не намерен начинать войну на территории его государства, не имея на это официального и недвусмысленного разрешения. Особенно в условиях этой чертовой ядерной угрозы! Боже мой, ну и заваруха.

— Сэр, у нас имеется мобилизационный план на этот случай, — вмешался Кертис. — Генерал Локхарт из командования ВВС США в европейской зоне получит под свое командование 26-й экспедиционный отряд морской пехоты, отряд 7-го флота в Балтийском море, 3-ю армию, 17-ю и 3-ю воздушные армии. Эти силы мы можем поднять по тревоге немедленно, а вместе с ними и боевую авиацию в Южной Дакоте. А это двадцать тысяч солдат, две тысячи морских пехотинцев, четыре полка истребителей, шесть полков легких и средних бомбардировщиков, средства радиоэлектронной борьбы, связь, транспорт...